Я повернулся к полуднице и шепнул:
— Кольцо может быть зачаровано на здоровье или реген? В смысле, исцеление?
Она развела руками — мол, почему бы и нет.
— Господин Колоб, как давно Айка работает у вас? — спросил, при том не сводя глаз с лица узницы и старательно подмечая все изменения, словно доктор Лайтман из «Теории лжи».
— Пару лет.
— Вы знакомы с ее семьей?
— Нет, конечно. А должен?
— Она никому не рассказывала о родне?
— Вряд ли, ваше благородие. Дюже скрытная по натуре. Как и все ее племя.
— А где живет?
— Без понятия. У нас бордель, а не справочное бюро, — булка, кажется, теряла терпение от того, что вместо воровки допрашивают его.
— Ничего страшного. С моими связями я без труда найду нужный адрес. Сдается мне, кольцо понадобилось кому-то из близких.
— Не смей! — внезапно выкрикнула Айка и дернулась в путах.
— Вот так да, — я с улыбкой склонился над перекошенным злобой мордашкой. — Кажется, это было дело на одну трубку.
— Не надо! — пленница осознала тщетность положения и перешла к мольбам. — Пожалуйста! Лучше возьмите мою жизнь, но пощадите мать! Продайте меня в рабство, заставьте работать без оплаты, но не забирайте у нее кольцо! Умоляю!
— Чем больна твоя мама?
— Не знаю, — Айка шмыгнула и опустила слезящиеся глаза. — Никто не знает. Говорят только, что это какая-то людская зараза. Мама очень ослабела, ее мучают лихорадка, кровавый кашель и боль в груди…
— Хм, — я потер подбородок. — Похоже на туберкулез. По-вашему, чахотка. Коллега, вы знакомы с подобной хворью?
— Сталкивалась пару раз, — Яра поморщилась. — Эта зараза передается нелюдям, но в меньшей степени поражает ткани. Думаю, у меня получится ее вылечить.
— Мы перебрали почти всех целителей, — вздохнула лешачиха. — Сначала все шло хорошо, но затем болезнь возвращалась с новой силой.
— Айка, — произнес строгим голосом и внимательно посмотрел на девушку. — Моя напарница — лекарь чрезвычайных талантов. И мы можем помочь друг другу. Ты вернешь кольцо, если мы вылечим мать?
— Да, — она облизнула дрожащие пересохшие губы. — Только я вам не верю. Вы — послушник Тьмы, адепт иллюзий и обмана. Ваше слово стоит слишком дешево.
— Боюсь, у тебя нет выбора. Агенты найдут твой дом в два счета и заберут кольцо силой. Мать умрет, а ты загремишь на каторгу. Думай.
— Боги… — бедняга судорожно сглотнула, а затем расплакалась. — Это было глупой затеей с самого начала. Я же знала, что старик хватится пропажи… На что только надеялась…
— Ты действовала из лучших побуждений, — коснулся ее плеча и уставился на стену, чтобы лишний раз не терзать душу. — И я искренне хочу тебе помочь.
— Как я могу вам верить? Вдруг вы просто обманом выпытываете, где перстень? Может, вы вообще не агент канцелярии — я вашей грамоты не видела… Где гарантии, что я не лишусь всего, что мне дорого?
— О, — я криво улыбнулся. — Так тебе нужны гарантии. Ну, хорошо — сама попросила. Эй, вы — дайте-ка что-нибудь острое.
Телохранительницы переглянулись, и лиса вытащила из потайных ножен охотничий кинжал. Я подбросил его на ладони, коснулся острия подушечкой пальца, а затем… срезал ремни. Вызвав тем самым взрыв возмущения как со стороны как со стороны хозяина, потому что все пошло не по его плану, так и от медведя, которому придется вязать новые петли.
Но самое интересное только начиналось. Я вложил рукоять в ладонь слегка опешившей пленницы, а затем поднес лезвие к своему горлу.
— Это достаточная гарантия?
У Колоба глаза сделались, как у орущего смайлика, и даже Ярослава удивленно изогнула бровь от такого отчаянного шага.
— Я даю слово, что мы тебе — не враги, — продолжил я, глядя в перепуганные глаза. — И готов поставить на кон свою жизнь. Уговор?
Раздумья затянулись на добрую минуту. Все это время в камере стояла гробовая тишина, разбавляемая лишь сердитым сопением Потапыча. Айка не сводила с меня взора, будто пыталась проникнуть на самое дно подсознания и выведать все потаенные думы, как обычно делал я темными щупальцами.
Рука меж тем ни разу не дрогнула, а кинжал словно зажали в тисках, и я понял, что девушка очень неплохо владеет этим оружием. И если захочет, не только перережет глотку, но и выпотрошит, как зайца, прежде чем товарищи успеют помочь.
Но я не врал и не кривил душой, поэтому ничуть не боялся. Более того, внутренняя чуйка, отточенная партийными RPGвроде «Масс Эффекта» или «Балдурс Гейта», подсказывала, что лешачиха вовсе не плохой персонаж, и при определенных условиях ей вполне можно довериться. Однако с каждой томительной секундой волнение нарастало, а лезвие потихоньку припекало кожу.