И несмотря на все, было лишь одно – единственно верное решение. Только вот оно касалось моей судьбы. И моего счастья. Я понимала это. Но гнала мысли прочь. Вспоминала любимого. Его письма. И плакала. Горько и бесшумно, кусая край подушки.
В три утра, с темными кругами под глазами, я спустилась вниз, оглашая свой выбор родителям.
В ту ночь я потеряла нечто большее, чем свобода и деньги. В ту ночь я потеряла свои крылья… Я собственноручно сожгла нашу с Максом мечту и наше будущее…
- Тормози! Приехали! Дальше нам нельзя!
Голос стражника был хриплым и ознаменовал, что мы добрались до пограничья. И мне бы поспешить, но я продолжала сидеть, не решаясь пошевелиться. Я с силой сжимала и разжимала пальцы, стараясь унять панику. Но страх перед неизвестностью вкупе с застывшими в горле рыданиями прочно овладели мною, так же сильно, как лианы оплетают стволы деревьев.
Все происходящее казалось нереальным, неправильным, чужим. Будто я видела дурной сон. Слишком плохой, чтобы подобное могло произойти со мной. И никак не могла проснуться.
Однако, все было взаправду. Едва я ущипнула себя, как дверца кареты отворилась и вместе с головой стражника внутрь ворвался холод и несколько пушистых снежинок.
- Пора, госпожа. Дальше, вы уже пойдете без нас.
Стражник протянул руку, затянутую в толстую варежку.
Я с замедлением приняла ее. Не хотелось запутаться в полах длинного платья и рухнуть прямиком в снег перед посланцами князя. Я и без того была унижена.
Мне хватило того, что в храме, меня обвенчали с призраком, ведь князь так и не явился на церемонию. Наверное, не посчитал нужным посетить собственную свадьбу, хоть и тайную. Какового же было удивление духовника, когда он зачитывал священные клятвы, а вместо князя согласие выражал мой отец. После того, как перстень с синим камнем оказался на моем пальце, церемониймейстер зачитал указ князя, в котором тот велел доставить новоиспеченную жену к окраине Колючих гор, где меня должны были встретить его доверенные люди.
Позор! Какой позор!
Хорошо, что мой отец и матушка не видели какими взглядами провожали меня прислужницы, когда я в одиночестве прошла под свадебной аркой и вышла на аллею, где меня поджидал свадебный экипаж.
- Ваша госпожа нерасторопна. Это очень плохое качество для здешних мест, - донесся откуда-то сбоку мужской голос, но я даже не обернулась. Стражник придерживал меня за руку, пока мои сапоги не утонули в белом снеге. – Скорее! Нужно успеть до заката.
- Мы будем молиться госпожа, чтобы с вами...
- Не нужно, Сендрик, - сухо сказала я, оборвав стражника на полуслове. - Не молитесь. Боги все равно вас не услышат.
Стражник обиженно поджал губы, но больше ничего не сказал.
Я повернулась.
Сквозь тонкую вуаль я могла разглядеть снег. Чистый, белый, хрустящий. Но как бы красив он не был... как бы не сверкал на солнце... ничего в моей душе не всколыхнулось. Я запретила себе думать, и все же мысли о Максе и о его письмах, где он рассказывал о снеге, набросились стаей голодных собак, разрывая меня изнутри.
Я не видела ничего и никого. Я лишь хотела упасть и разрыдаться. Но нельзя...
- Вам нужно переодеться, - снова послышался мужской голос, и я искоса посмотрела на говорившего.
Высокий. Широкоплечий. Это единственное, что я могла разглядеть в этом человеке, больше походившим на медведя. Его плащ и капюшон полностью скрывали тело и лицо. А из-под шарфа, доходившего до самых глаз, я увидела голубые глаза.
- И во что, позвольте узнать? - пробасил стражник, возникая рядом и заслоняя собой.
- Ей нужна более подходящая одежда. Иначе, боюсь, в замок доставлю лишь хладный труп, - парировал незнакомец, совершенно не испугавшись стражника. - Вот, - незнакомец протянул меховой плащ. -Пусть наденет это. Так хотя бы у вашей госпожи будет шанс пережить вечерний мороз.