— Уходите, — произнес Мор.
Вспыхнули руны, и дверь слетела с петель от его магии. Келдрик с Тараей отодвинули ее, открывая проход. Я почувствовала свежий воздух, разгонявший гнилостный запах тварей. Вверх вели ступени, там выход. Мор прошелся задумчивым взглядом по тварям в клетках. В отличие от Амидеры, его, кажется, не смущала возможность стать палачом портальных монстров.
— Что ты с-садумал? — спросил ящер.
— Уроню башню на головы тварям, — Мор дотронулся до холодной стены, словно определяя, из чего она сделана.
— Ты погибнешь, — возразила я.
— Будешь скучать? — он ухмыльнулся.
Я проигнорировала его вопрос и развернулась к Амидере и ящеру:
— Уходите, я прослежу, чтобы этот балабол не сдох под обломками. Мы вас догоним.
— Уверена? — шепотом ответила Ами, явно колебавшись.
Я подтолкнула ее за Сетсеем и ролом, которые потащили князя наверх. Она быстро обняла меня на прощание и поспешила за ними.
Мор схватил меня за локоть.
— Иди с ними, — процедил он сердито.
Я резко вырвала руку из его пальцев.
— Я не подчиняюсь твоим приказам.
— Да-да, помню… Я злючка, делаю, что хочу, но стыжусь, если меня с человеком застукают.
Я кинула взгляд на лестницу, надеясь, что никто не услышал его слова. Похоже, нет, последним ушел рыжий телепат, и его спина уже исчезла в темноте прохода.
— Иди! — повторил Мор, но я ответила ему оскалом, давая понять, что он может катиться со своими приказами в орочью щель.
Он тяжело выдохнул, и мы уставились друг на друга. Я выдержала его тяжелый взгляд и не отвела глаз.
— Ладно, Эфира, но когда я говорю бежать — ты бежишь. У нас будет мало времени смыться отсюда до того, как все рухнет. Ясно?
— Разумеется. Я не стремлюсь быть заживо захороненной с тобой.
Он довольно прищурился, и мне пришлось добавить:
— Страшусь вечного проклятья слушать твои речи еще и в мире Духов.
— Мы оба знаем, ты об этом мечтаешь.
— Возьмешься за дело или, как обычно, продолжишь языком трепать?
— Возможно, это наш последний разговор, хочу им насладиться.
— Тогда я пошла! — я улыбнулась.
Улыбнулась ему по-настоящему, и он улыбнулся мне в ответ.
— Встань там, — он показал на первые ступени лестницы, и я послушалась. — Дадим Амидере и остальным время убраться подальше, — начал было Мор, как вдруг что-то рвануло наверху и нам на голову посыпалась песчаная крошка.
— Кажется, они нашли мой подарок.
— Это плохо, теперь они знают, что мы не там.
— Это хорошо, потому что и мы знаем, что они знают, что мы не там.
Я закатила глаза.
— Но в одном ты права, злючка: скоро они догадаются спуститься сюда.
Я пыталась прислушаться к турее, понять далеко ли ушла голубоглазка? Но не могла, не хватало силы, сейчас турея была от меня скрыта. Зато я отчетливо слышала, как кто-то спускается по той лестнице, которая привела нас сюда.
— Почему нельзя выйти отсюда и проделать все тоже самое, не находясь здесь? — я нервничала. Одно дело ждать врага, чтобы атаковать, и совсем другое — полагаться на чью-то магию. Сильную, непредсказуемую природную магию.
— Уже испугалась и передумала? — Мор посмотрел на меня, и я состроила ему кислую физиономию. — Потому что тогда мы завалим башню на бок, лучше обрушить ее изнутри, придавив всех на нижних этажах разом. Если сделать это снаружи, скорее всего, какая-то часть монстров выживет и окажется на свободе. С точными науками у тебя не очень, да, злючка?
Я собралась ему ответить, но твари вновь заволновались и задвигались в клетках. Мор развернулся, прикрывая меня спиной, — он тоже слышал спешащих сюда остроухих.
— Приготовься, — шепнул он.
Сначала нас покрыл защитный купол. От магии остроухих и обломков, поняла я.
Мор поднял руку, и на кончиках его пальцев заплясали руны природной магии. Вокруг нас поднялся и закружился песок, словно началась песчаная буря, превращая все в мутное, шершавое марево. Защитный купол сдерживал песчинки, но инстинктивно я подвинулась к Мору ближе, он это заметил и почему-то ухмыльнулся. По полу побежали трещины, земля под ногами дрожала и трескалась, а тонкая паутина зигзагов засветилась зловещим зеленым сиянием, пульсирующим, будто живая. Вдалеке показались темные эльфы. Портальные твари принялись как умалишенные ломиться в прутья клеток. Зверюги почуяли беду.