Но мне всегда нравилось распутывать этот клубок информации. И сейчас, как никогда, мне пригодились те знания, что вбивали в наши легкомысленные молодые головы, преподаватели Академии.
Паучиха, будь проклято её имя, обманула меня, заставив поверить в безопасность.
Нити её печати поблекли и истончились, это да…. Но они ещё и разветвились, и при том очень сильно.
Тонкие паутинки энергоканалов отходили от печати богини и пронизывали моё средоточие магического дара. Были они ещё слабы и ни связаны друг с другом, но было их много. Очень много….
Рецепт избавления от этой погани мне был знаком: запечатать свой дар, то есть избавится полностью от магического дара.
По мне, так проще умереть….
Но если что-либо не придумаю в ближайшее время, то существовать самостоятельно, как личность я прекращу. Паучиха возьмёт меня под контроль, а после и вовсе уничтожит, сожрёт душу.
Мне требуется полностью заменить себе ядро магического дара или поменять тело… Тело... хм... Но требуется разделить и душу, ведь именно на неё находится печать Ллос…
А ещё можно попробовать перестроить свою духовную составляющую, так чтоб новая душа знала всё то, что хранится в моей голове. Но при этом, никакой ментальной или магической заразы во мне не осталось.
«Подытожим, у меня три направления. Первое. Запечатать свой магический дар и жить дальше. Вариант тяжёлый, но тоже вариант. Второе. Разорвать душу на составляющие и переместится в другое тело. Много вопросов и требуется множество экспериментов. И третий вариант — переродится, тем более мне известен рецепт, но риск огромен».
Когда я занимаюсь исследованиями, то на язык совершенно не сдержан, да и кинуть чем-нибудь могу или, если совсем достают, магией могу шарахнуть. Конечно, когда позволяет рабочая ситуация.
И пока я расшифровывал и анализировал данные, в дверь пару раз скреблись и вежливо стучали, что у меня вызвало только неоформленное раздражение, и все, кто находился в коридоре за дверью, были посланы в Торгов зад. И у меня нет уверенности, что прокричал ругательства на русском….
Тщательно затерев руны на полу и кинув ковер на место, открыл засов. В туже секунду в дверь постучались, и за дверью раздался голос камердинера.
— Ваше Императорское высочество разрешите войти?
Это был новый слуга. Гаврила его натаскивал на подмену себе, и видимо после того как я предложил награду и почётную отставку старому, этот должен занять место рядом с моим телом.
— Заходи. — кинул я, не оборачиваясь к двери, так как в этот момент пытался развязать узелок на панталонах.
Лёгкий шорох одежд, и тихий чуть подобострастный голос проговорил.
— Разрешите, я вам помогу, Ваше Императорское Высочество?
Обернувшись, увидел прилизанного, даже, кажется чуть жеманного хлыща. Был он в новом лакейском фраке, кюлотах, шёлковые чулки и лаковые туфли. Весь его вид говорил о любви к собственному внешнему виду. Гладко выбритый узкий подбородок, тонкие напомаженные усики и волосы, что были завиты легкомысленными локонами.
Он поклонился мне, впрочем, не сильно, и, выпрямившись, посмотрел на меня своими тёмными с поволокой глазами.
Я рассматривал этого павлина с брезгливым удивлением. Как он попал в камердинеры, было мне не понятно.
Но больше всего меня привело в бешенство это похоть, что разгоралась в его ауре, когда он смотрел на мой голый торс.
— Будь любезен, позови Германа Германовича, а если его сейчас нет, то дежурного офицера охраны. — и отвернувшись от него, продолжил борьбу с своевольным нижним бельём.
«Развели содомию! Петухов прилизанных!» — думал я с остервенением разрывая повязки на панталонах.
Со спины послышался звук сглатывания слюны.
Нервы мои были к тому моменту серьёзно расшатаны, и на опасный звук отреагировал, именно так, как было вбито в меня на многих военных компаниях, в которых участвовал в должности штатного мага.
То бишь, я рефлекторно выполнил перекат в сторону от опасности, и одним усилием воли поднял магический защитный купол. А так как стандартный меня всегда коробил своей статичностью, то у меня был наработан атакующий, то есть отталкивающий. Чем не раз удивлял противников.
Вот и сейчас удивил.
Удивил всех во дворце.
Камердинер, которому было отдано не двусмысленное указание. Не пошёл сразу выполнять порученное, а остался на месте, наверное, чтобы улицезреть Великокняжеские ягодицы. Видимо это было его мечтой, и тут, неожиданно она сбывается!..