— Почему она на цепи? — прошептала магичка.
— А, не бери в голову, — отмахнулся я. — Просто балда. Развлекается. Сама себя приковала, да ещё и замочные скважины клеем залила.
— Ну клей не проблема, я его быстро вытащу, — Марина прищурилась и осмотрела цепь, после чего добавила. — А вот испарить металл не смогу. Куда более сильный маг делал.
— Потом, — покачал головой я. — На это утро я запланировал намного более важное дело. У тебя есть час на умыться, позавтракать, и выезжаем.
Уже к обеду мы были в Мытищах, точнее на одной стоянке машин, про которую я узнал из атласа Москвы. Здесь сдавали в аренду багги для охотников и просто любителей погонять по лесам. Аренды нормальных машин в этом мире ещё не было, а рисковать и похищать ещё одну, как вчера, я не хотел. Да и не похищал я паромобиль в Дорожном Департаменте, а взял на время. И вот теперь его надо починить и вернуть.
Однако, меня ждал крутой облом. Когда мы с Мариной на трещащей и скрипящей тарантайке приехали к тому месту, где у машины лопнула рулевая тяга, то в кустах обнаружили один кузов. Всё! Буквально всё сняли и спёрли. Колёса, паровой двигатель, сиденья, всю начинку и даже дверки. Остался именно что кузов. Но даже на том нацарапали матерное слово, а внутри нагадили. Но, по крайней мере, искать тут следы наших аур теперь абсолютно бесполезно.
— Россия… — пробормотал я. — Она в каждом мире Россия.
Хотя это я так… От души. На самом деле почти у всех народов есть шутки, что их алкаши самые алкашистые, лентяи самые ленивые, а воры самые вороватые.
Так и вернулись ни с чем. Но на вечер у меня оставалась ещё куча планов. Я купил обычную дрель и несколько свёрл, и дома рассказал Марине, чтобы я хотел бы попросить её сделать.
Девушка приняла моё предложение с огромным энтузиазмом, и вскоре слепила «на коленке» примитивный токарный станок. Дрель с магическим аккумулятором, который для магички подзарядить не проблема, подвижную бабку, в которую можно зажать сверло… Да и всё, собственно.
— Вот, — показал я девушке ствол от револьвера, благо тот легко снимался. — Хочу получить нарезное оружие. И с пулей по размеру ствола.
Для наглядности я закинул в ствол вытащенную из патрона пулю и погремел ей.
— Наращиваешь металл изнутри, затем проходишь сверлом по размеру пули. После чего выращиваешь нарезы, — их я нарисовал на бумаге. — И снова проходишь другим сверлом, чтобы выровнять.
— Про высверливание стволов я в курсе, — кивнула магичка. — А вот про нарезы не слышала.
— Они придают вращение пуле, и та летит точнее.
— Через десяток выстрелов у тебя ствол чуть расширится, а от нарезов ни черта не останется, — пожала плечами девчонка.
— Ну не через десяток, а через два или три десятка, — рассмеялся я. — Но у меня же есть такая замечательная техномаг. Поэтому ты наделаешь мне стволов, и я хоть один барабан револьвера смогу отстрелять очень точно. Даже с учётом нескольких выстрелов для пристрелки. В бою иной раз и один выстрел может всё решить. А как наработаешь технологию, придумаем что-нибудь и со стволом для ружья, которое уже можно будет назвать винтовкой. Там проблема только в длине.
Следующая неделя прошла без приключений. Мы с Мариной часть времени гуляли по городу, ходили в музеи, кино, и даже разок в театр. В остальное время вместе делали стволы для револьверов, точнее девушка делала, а я помогал.
Не забывали и тренироваться. Я в магии, а Марина в рукопашном бое. Ещё мне пришлось рассказать всё, что я знал про самолёты. Конечно же магичку в первую очередь интересовали примитивные бипланы, потому что их можно было уже сейчас начать строить в этом мире. До более продвинутых конструкций инженеры должны пройти непростой путь.
Нагибамир и Настя занимались домашним хозяйством. Цепь с девчонки, конечно же сняли, а я позволил уговорить себя и разрешил ей остаться с нами, только выходить из квартиры категорически запретил.
Наконец настал сентябрь, и в первый день я отправился в Царскую Магическую Академию. Явился в учебную часть и пожелал обучаться. Пришлось, конечно, представится наследным княжичем Снегоступовым-Званым, но я попросил, чтобы это имя осталось только в документах. Так было не принято, но снова помог мой магический шарм. В итоге мне пошли навстречу и выписали студенческий билет на имя дворянина Игоря Николаевича Незваного. Хотя простым дворянином для однокурсников я был недолго. На первой же перемене наткнулся на двух боярышень-старшекурсниц, которые всего пару недель назад делили меня. И девушки ничего не забыли. А ещё они не привыкли молчать, или хотя бы говорить не очень громко.