— Ч-что это было? — удивленно спросил Раммар.
— Проклятие, — ответила Аланна, и, хотя она и говорила негромко, слова эхом отразились от купола — так тихо стало вокруг. Ее услышали все; Корвин и Бальбок тоже удивленно уставились на нее.
— Какое еще проклятие? — прохрипел Раммар.
— Руки святотатца коснулись короны Сигвина. Такое преступление не может оставаться безнаказанным.
И, словно в подтверждение слов эльфийки, сокровищница содрогнулась от еще одного толчка. На этот раз он был более сильным, послышались шипение и фырканье, доносившиеся, казалось, из глубины и моментально заставившие всех забыть о богатствах.
— Что это такое? — поинтересовался Корвин.
— Что-то пробудилось, — дрожащим голосом ответила Аланна. — Что-то темное, ужасное, которому лучше было бы не пробуждаться.
А потом закричала:
— Если ваши жизни дороги вам, бегите!
— Что? Я должен бежать? — воскликнул охотник за головами. — Но ведь я еще не все карманы набил и…
— Оставайся и умри — или беги, и будешь жить! — кричала эльфийка. — Это твое решение, дурак!
Всего мгновение охотник за головами и орки стояли в нерешительности, озадаченно переглядываясь. А потом Раммар подмигнул брату — и они тут же пришли к единодушному решению по поводу того, что нужно сделать: еще когда охотник за головами гнал их по склонам Острых гор, связанными, спина к спине, оба орка придумали план, и вот теперь пришло время воплотить его в жизнь!
Раммар поднял сапарак, Бальбок, обмотавший вокруг своей длинной шеи добрую дюжину ниток жемчуга, схватился пальцами в золотых перстнях за лук, и не успел Корвин оглянуться, как острие орочьего копья и наконечники стрел смотрели на него.
— Эт-то еще что такое? — пробормотал он.
— Как что? — с ухмылкой ответил Раммар. — Ты что же, действительно думаешь, что мы станем делить сокровище с тобой? Мы орки — а орки не делятся, если могут взять все!
Корвин затравленно смотрел на Раммара.
— Разве вы не слышали, что сказала Аланна? Там, внизу, в глубине пробудилось нечто, и мы должны бежать, если не хотим, чтобы оно нас уничтожило.
— Ха! — выдавил Раммар, и его налитые кровью глаза сверкнули от жадности. — На такую чушь мы не поведемся. Я же знаю, о чем вы с эльфийкой перешептывались за нашими спинами!
— Проклятие, ты, рожа орочья! — хрипло кричал Корвин. — Что ты мелешь?
— Мы с Бальбоком всегда знали, что вы попытаетесь надуть нас. Но вы не приняли в расчет хитрость орков, и за это теперь поплатитесь. Вперед, Бальбок, накорми его собственными стрелами!
— Святотатство! Кощунство! — кричала с платформы Аланна, вне себя от отчаяния. — Бегите, глупцы — или проклятие Тиргас Лана настигнет вас. Страж пробудился!
— Какой еще страж? — презрительно засопел жадный Раммар. — Думаешь, несколько толчков и стонов произведут на меня впечатление? Раммар Резкий противостоял гулям и берсеркеру, и гнилое эльфийское колдовство меня не испугает. Вперед, Бальбок!
— Корр, — согласился брат, натягивая тетиву лука и целясь охотнику за головами в грудь.
— Вы, жалкие предатели! — бушевал Корвин. — Вы, презренные скоты! Надо было Аланне оставить вас карликам!
— Надо было, — согласился Раммар, — но теперь для подобных размышлений уже слишком поздно. Если кто-то здесь и останется, то это будешь ты, жалкий умба…
Он умолк на полуслове, когда что-то пролетело прямо рядом с ним и застряло в паре шагов в куче золотых монет и украшений.
Это была стрела, и Раммар тут же понял, что стрела это гномья!
Толстенький орк озадаченно хрюкнул и обернулся, чтобы увидеть, что Аланна уже не одна. Незамеченные орками и охотником за головами, на каменной платформе появились с полдюжины гномов. Они угрожали копьем эльфийке и злобно таращились на орков и человека. Если бы Раммар умел различать их лица, то парочка из них могли бы показаться ему знакомыми — а так он не видел ничего, кроме оскаленных зубов и желчно-желтых глаз, слышал преисполненное ненависти похрюкивание зеленого отродья.
— Ловушка! — в ужасе воскликнул Корвин, а Бальбок окончательно вышел из себя.
— Гномы! — с отвращением воскликнул он, совершенно забыв о том, что должен был всадить охотнику за головами в грудь стрелу. — Откуда они здесь взялись?
— Мне все равно! — зарычал Раммар, поднимая сапарак. — Гораздо важнее, куда они пойдут — а пойдут они в темную яму Курула! Стреляй, Бальбок!