– Вы уже поговорили, сынок?
– Да, пообщались чуть-чуть. Совершенно не представляю, как с ней жить! Я ее по попе погладил, а она сразу за плетку схватилась! Как так?
– Эх… Воспитывать ее надо! – деланно вздохнул Исиль. – Ремешком по ней надо было пройтись. По попке, которую погладить успел. А то действительно, как ТАК? – продолжил он с сарказмом. – Уже в своем дворце не погладить девушку, которую видишь пятый раз в жизни!
Мать Шилол отошла от первого шока, и, указав на плеть, спросила:
– Как… Как…
– Как я ее отобрал? – спросил Палаэль. – О-о-о!!! Это было легче, чем у ребенка конфету отнять!
– Нет! – почти выкрикнула жрица. – Как ты ее удерживаешь в руках?
– Как-то удерживаю, – пожал плечами тот, – кстати, а почему я ее должен таскать? Нате! – с этими словами он протянул рукоятку Шилол, но та мгновенно отскочила в сторону.
– В чем дело? – нахмурился Палаэль.
– Ее нельзя брать в руки постороннему!!! На нее наложены заклинания, способные испепелить даже архимага!
– То-то я покалывание в руках чувствую, – Палаэль озадаченно уставился на плеть. – И что теперь делать? Возвращать ее Сиралосе? Так она вновь ею размахивать будет по поводу и без оного, – он чуть постоял, а потом воскликнул, точно на него снизошло озарение свыше. – Придумал!
Палаэль сосредоточился, и дунул на свою ладонь, в которой покоилась рукоять плети. Ни Шилол, ни Великий Князь не увидели никакого заклинания, но от этого дуновения плеть начала осыпаться прахом. Сначала рукоять, а затем и сам хлыст.
На Шилол было больно смотреть – вытаращенные глаза, открывающийся и закрывающийся рот, не издающий ни звука, бледный вид.
– С вами все в порядке? – невинно спросил ее Палаэль.
– Все с ней в нормально, сынок, – ответил за Шилол Великий Князь, с некоторой ленцой взиравший на все представление, – ты что-то хотел?
– Да! Дело в том, что я путешествовал с одним эльфом, который…
– Которого ты оставил с Виоэль?
– Точно! Где они?
– Виоэль где-то ходит с сестрой Истамирэля, а человек, которого ты с помощью иллюзии выдал за эльфа, находится в гостевых апартаментах.
– Я пошел к нему, – явно обрадовался Палаэль, – Отец, мне еще понадобится от тебя одна услуга. Сейчас говорить не буду, лучше потом, за ужином расскажу.
– Хорошо.
Когда Палаэль скрылся из виду, Исиль обратил внимание на Шилол, до сих пор не сумевшую прийти в себя от увиденного.
– Еще вопросы, касательно того, почему я безбоязненно отпускаю Палаэля, будут?
– Не-е-е… Ллос, – зашептала она. – Кого же ты нам навязала? Бедная Сиралоса… Она с ним не справится. Будет первой жрицей, у которой муж будет принимать все решения… Бедная девочка… – и еще тише добавила. – Надо будет ей помочь. Нам. Всем.
Чуть позже
Гостевые апартаменты
Дроу
– Что ты хотела этим добиться? – негодовала Мать Шилол, непрестанно расхаживая по большой, богато убранной комнате, изредка бросая красноречивые взгляды на Сиралосу, понуро сидевшую на широком диване. – Отвечай!
Сиралоса от окрика вздрогнула и с мольбой посмотрела на свою подругу, Раксалону, также присутствовавшую при данном разборе.
– Она не виновата! – пришла та ей на помощь. – Палаэль допустил действие, за которое у нас, в Подземном Королевстве, любому бы мужчине отрубили руку! Совершенно понятно, почему Сиралоса не смогла сдержаться.
Шилол остановилась, и устремила свой гневный взгляд на Раксалону, но та достойно выдержала его, гордо подняв голову и вызывающе выпятив подбородок.
– По попе ее погладили… – усмехнулась Шилол, – недотрога ты наша. Конечно, воспитать бы его не помешало, но несколько позже. А если он сейчас упрется, и не захочет на тебе жениться? Мы же тебе говорили, причём неоднократно, о разности в поведенческой модели у мужчин-дроу и мужчин-эльфов, закладываемой с самого раннего детства!
– Что-то я не видела, что он позволял себе такое по отношению к эльфийкам, – попробовала защититься Сиралоса.
– А ты откуда знаешь? Ты же толком и не видела его!
– Раньше…
– Что раньше? Ну, что раньше??? – вновь встала на дыбы, казалось бы уже успокоившаяся, Мать Шилол. – Ты хоть заметила, НАСКОЛЬКО он изменился?
– В магии посильнее стал, – выдала Сиралоса, – и физически тоже.
– А насколько сильнее? – вкрадчиво поинтересовалась Шилол, – Оценить можешь?
Личико Сиралосы помрачнело еще более.
– Он отобрал у тебя плеть, – тем же тоном продолжила старшая жрица. – Заметь, маг шестой ступени развития отобрал плеть Ллос у жрицы первой ступени! Много он труда приложил?
– Позор мне… он обрек меня на смерть… – зашептала Сиралоса, перед глазами которой уже стояла картина Большого Суда, где в качестве подсудимой выступала она, как жрица, допустившая утерю плети. Наказание за это было только одно – мучительная смерть. Таких случаев за всю историю дроу было всего два, и в обоих на казнь являлась сама Ллос. В ее голове родилась шальная мысль – не свести ли счеты с жизнью, чтобы не смотреть в глаза своим близким, на которых она также навлекла гнев богини.
Мать Шилол, заметившая ее состояние, подошла, села рядом, и обняла ее за плечи.
– Ну… Ты что? Все будет хорошо!
– Утеряв плеть, я опозорила свой Дом, – невидящим взглядом Сиралоса уставилась прямо перед собой.
– Я бы очень удивилась, если бы ты смогла противостоять Палаэлю, – хмыкнула Шилол.
– Но КАК? – вскрикнула молодая жрица. – Как маг шестой ступени смог вырвать у меня плеть??? А я ведь успела его ею ударить! – чуть не плача, призналась она.
– И что?
– И ничего! Он словно не заметил! – проблеяла Сиралоса, с трудом сдерживая слезы от чувства собственного бессилия, которое она впервые испытала, наблюдая, как Палаэль не спеша уходит, даже не оборачиваясь в ее сторону, поигрывая ЕЕ плетью! – и почему не сработали защитные заклинания, встроенные в МОЮ плеть?
– Он их подавил, – пояснила Шилол, поглаживая Сиралосу по голове.
– Это невозможно! – сухо отозвалась Раксалона.
– Как видите. Все, хватит реветь!
– Я не реву!
– Вот и не реви! Лучше обе подумайте, какой силой должен обладать маг, чтобы провернуть все те трюки, которые вы на себе испытали?
– Даже архимагам такое не под силу, – вновь подала голос Раксалона, – я думаю, что-то произошло с плетью Сиралосы. Может, задействована какая-то особая магия Леса, негативным образом повлиявшая на встроенные плетения?
– С жезлом было все в порядке, – утверждающе произнесла Шилол, – я сама это видела, перед тем, как Палаэль непонятным способом разрушил его.
– Но тогда… – у Раксалоны расширились глаза.
– Поняла?
– О, Ллос!
– Получается, что он УЖЕ обладает тем могуществом, о котором говорила вам Ллос? – спросила Сиралоса.
– Правильно! Какие вы догадливые! С десятой подсказки… Я поговорила с Исилем, и он рассказал мне о некоторых нюансах подавления мятежа. Про Палаэля ничего конкретно не говорил, но по некоторым моментам я смогла сделать вывод, что он уже на данный момент является чрезвычайно сильным архимагом-универсалом. Поэтому он и смог подделать свою ауру под шестую ступень, тем самым введя нас в заблуждение.
– Ого! – уважительно отозвалась Раксалона.
– Все равно, это ничего не меняет, – упрямо произнесла дочка Асутиролсы.– Суд надо мной состоится, и я понесу заслуженное наказание.
– Ллос! За что мне это? – подняв глаза к потолку, горестно спросила Шилол. – Она же ничего понять не может!
– Что я должна понять?
– Не будет никакого наказания! Но оно обязательно последует, если ты по каким-то причинам не выйдешь за Палаэля замуж. Ллос очень нужны дети от него. И ты, на данный момент, делаешь все, от тебя зависящее, чтобы свадьба не состоялась! Скажи мне, как ты собиралась обольщать сына Великого Князя?
– Ну, вы же сами мне говорили про выставленную вперед ножку… грудь… говорить с ним мягко и томно…