Гордость переполняла Сигурда. И желание стать не хуже. И он станет. Когда-нибудь. Парень ухмыльнулся и понукнул коня, вырвавшись на открытое место. Тот охотно прибавил. Рассвет застал молодых воинов у крутого берега реки. Высокий, плотно заросший кустарником, водная гладь Дивы – как на ладони. Река в этом месте ссужалась, по обеим сторонам росла речная трава. Хорошее место. А их самих с воды не видать.
– Спешиваемся, – коротко бросил Сигурд, и медленно сполз с коня. Рядом, по примеры своего десятника, ловко попрыгали на землю остальные отроки.
– Первич, Филин, коней отведите подальше в лес. Некрас, лезь на дерево. Остальные следом, – распорядился Сигурд. Названные отроки подхватили коней под уздцы и повели поглубже в лесную чащу. Остальные, вооружившись, медленно двинулись вслед за парнем. Минут через пять вышли на крутой берег.
– Далеко отсюда до устья? – негромко поинтересовался Сигурд у мальца.
– Недалече, – махнул рукой тот, – До полудня доберёмся, если быстро пойдём.
– Нам туда не надо, – тихонько проговорил подошедший сзади Некрас.
– Видел что? – оживился Сигурд.
– Сейчас и ты увидишь – ответил отрок, усаживаясь напротив берега.
Показавшиеся из утреннего тумана драконьи головы отроки увидели одновременно. Это было красивое зрелище. Раннее солнышко играло в чистой речной воде, грозно смотрелись тёмные корабли, грязно белые паруса вздувал ветер. Три корабля спускались вниз по реке.
Послышались разные звуки. Звяканье била, шум бивших речную воду вёсел, громкие возгласы гребцов.
– Пронесло, – выдохнув, расслабился Сигурд. Это были драккары данов, а не конунга всех норегов Хакона. Во всяком случае, Сигурд не увидел ни одного знакомого отличительного знака. Парень сообщил эту новость остальным отрокам. Те воодушевились.
– Уходим? – спросил поднявшийся на ноги Некрас.
– Успеем, – махнул рукой Сигурд, – Доставайте луки, проредим чуть горделивых данов.
– Князь Роговолд велел... – начал было кто-то из отроков.
– Ярл Рёнгвальд не знал всего, – перебил того Сигурд, – Делаем, как я сказал.
Вынув из крепления за спиной маленькое метательное копьё, он, встав на берегу во весь рост. Размахнувшись посильнее, Сигурд крутанулся на месте и метнул снаряд в ближайшего дана, стоявшего над кормой, до которого было локтей сорок.
В последний миг кончики пальцев молодого мага напитали копьё силой, и оно, в полёте покрывшись толстой ледяной коркой на острие, ударило одного из врагов в грудь. Тот, покачнувшись, упал за борт. Громкий всплеск, и остальные даны вскочили, выхватывая из бортовых креплений щиты.
Послышались звонкие щелчки. Варяжские стрелы тучей накрыли первый драккар, послышались яростные крики. Сигурд, перекинув из-за спины второе копьё, глазами выискивал себе нового противника.
Огненный шар вылетел с палубы второго драккара. Некрас толкнул Сигурда в спину, тот упал на мягкую прибрежную траву. Шар пролетев над их головами, взорвался, сильно обжигая пару отроков.
– Бежим! – заорал Некрас, хватая Сигурда за руку.
– Бежать?! – заревел тот, в глазах которого бешено бегали голубые огоньки, совсем как у Рёнгвальда недавно на тризне, – Нет, братцы, мы с вами потопим...
Банг! Прилетевшая стрела ударила Сигурда в затылок шлема. Тот покачнулся, опёрся руками на плечо Некраса. Вторая увязла в щите, третья, совсем слаба, на излётё, ударила в кольчугу чуть ниже груди.
– Бежим! – принял Сигурд предложение Некраса, метнув напоследок пару ледяных стрел во второй драккар, кормчий которого пытался пристать к берегу напротив их укрытия. Петляя, как пьяные зайцы, плоцкие отроки понеслись в чащу, подхватив на руки раненных. Сигурд обернулся. Берег, на котором они стояли полминуты назад, пылал жарким пламенем. Датские драккары причаливали к берегу.
– Зато мы их задержали, – грустно усмехнулся Сигурд, последним ныряя в лесную чащу.
Рёнгвальд сидел и мрачно смотрел на Сигурда. Тот стоял, потупившись, и смотрел в пол горницы.
– Я просил посмотреть, и назад. В бой не вступать. Я не хотел, чтобы наши враги знали, что на волоке их ждут. Теперь даны знают о нас. И знают, что среди нас есть одарённые.
– Мы тоже знаем... – начал было Сигурд, но ярл прервал его.
– Они не будут также беспечны. Будут ждать нападения. Победить их будет сложнее. Нас не так много, а теперь, когда врагу известно о нас, больших потерь не избежать. Я дорожу жизнями своих людей. Теперь я князь, мне и нашему роду доверили жизни многие сотни людей. Каждая смерть в предстоящей битве теперь на твоей совести.