– Мы отомстим, брат! – твёрдо проговорил Рёнгвальд, и подержав смертоносное оружие в руках положенное время, передал его обратно.
– Мы отомстим! – взревели стоявшие вокруг хирдманы.
– Две марки золотом, почти семь – серебром. Оружие хорошее есть почти у всех, но зачарованного мало. Считай, Флоси со своим топором, Геллир с хогспьедом, и твой клинок. Чары конечно сильные, всё-таки родовое оружие, но на большой десяток воинов маловато, – вещал Тур, жуя вяленную рыбу, запивая её свежей водой, – У каждого полный доспех, кольчуга, шлем, щит. У тебя, меня, Геллира и Сигурда – панцири, у Скиди и Горма – луки. Не очень сильные, но с тридцати шагов попадут, мало не покажется. Зелий готовых под рукой не оказалось, отцы наши, как ушли, весь запас с собой забрали. А новых варить, как старая Астрид померла, некому, сам знаешь.
Старая Астрид была бабушкой Рёнгвальда, матерью его отца, и соответственно, бабушкой Турбьёрна. Старая ворчливая колдунья, любившая в тёмные холодные ночи сидеть перед очагом в большом длинном доме и рассказывать им, детям, страшные истории.
Боги не наградили Астрид боевым даром, но сподобились на зельеварство. Большая редкость и удача в здешний северных краях. Астрид умела варить такие отвары, что ставили обычного хирдмана ровней средненькому одарённому магу. Зелья повышали скорость, ловкость, силу, в общем, были очень полезной в бою вещью. Как горевали родичи, когда старая бабка померла, так и не передав кому-либо из домочадцев свои знания.
Морской змей шёл под парусом всю ночь, гребцы почти не работали вёслами. После бессонной ночи редкие часы затишья и отдыха казались даром богов. Все, включая Рёнгвальда, хорошо отдохнули и выспались. С рассветом попутный ветер спал, парус спустили, а свободная смена уселась на гребные скамьи, и драккар продолжал свой путь. А Тур занялся подсчётом спасённого добра.
– Что с даром у Сигурда? – спросил Рёнгвальд. Сигурд был самым младшим воином в хирде Рёнгвальда, ему едва исполнилось пятнадцать лет.
– Сигурд, иди сюда, хёвдинг зовёт! – гаркнул Турбьёрн.
Подошедший Сигурд весело уставился на Рёнгвальда. Он был повыше своего хёвдинга, но рыжие волосы, зелёные глаза и упрямый характер сразу выдавали в нем брата Тура.
– Хевдинг, это вождь хирда под началом ярла или конунга. Какой же он хёвдинг, если не служит не кому? Он ярл! И у него есть драккар и свой хирд. Он морской ярл! – ответил Сигурд брату, и ловко увернулся от прилетевшего откуда-то сбоку подзатыльника.
– Учить старших будешь? – грозно здвинув брови, спросил стоявший справа от Рёнгвальда Геллир, – Ещё всяких неоперившихся птенцов мы не спрашивали.
– Да ладно тебе, Геллир, – вступился за брата Турбьёрн, – Сам подумай, он дело говорит. Не хёвдинг Рёнгвальд нынче, а морской ярл!
– Морской ярл! – передразнил рыжего Геллир, – Звать то мы его можем как нам вздумается. Но сила, которую мы имеем, от этого не сильно поменяется.
– Тут ты не прав, – тут же возразил Сигурд, – Ещё старая Астрид говорила, что если очень сильно о чём-то захотеть, то это исполнится.
– Чую я, кто-то сильно хочет схлопотать вот этим, – Геллир похлопал рукой по торчащему из-за пояса боевому топору, – по загривку.
– Что с твоим даром, брат? – спросил Рёнгвальд, прерывая начавшуюся перепалку. С этих двоих станется. Сигурд гордый, а Геллир клятву отцу его давал, выучить и сберечь, пока в силу не войдёт. Запросто могли и подраться.
Вместо ответа Сигурд грустно улыбнулся, поднёс к лицу ладонь, глубоко вздохнул и резко выдохнул. Отпечатавшая на ладони большая узорчатая снежинка засверкала на утреннем солнце.
– К сожалению, на этом мои навыки закончились. – улыбка Сигурда стала ещё грустнее. Так то парень был весёлым, жизнерадостным, легко схватывал на лету и в свои пятнадцать уже был неплохим воином, но вот с даром у того были явные проблемы.
– Это всё потому, что ты по вот его дар развить пытаешься. – Тур хлопнул парня по плечу, отчего тот немного покачнулся, и показал на Рёнгвальда – А надо было идти по нашему, от отца доставшемуся.
– Тебе то легко говорить, – на лице Сигурда вспыхнула озорная улыбка, – Раз чихнул, и пол сарая сгорело!
– Всего один раз то было! – поспешил возразить Тур. Сидевшие на гребных скамьях воины загоготали.
– В пути мы будем долго, Геллир обязательно поучит тебя. Верно? – отсмеявшись, обратился Рёнгвальд к старому норегу.