Отдельно, завёрнутый в непромокаемую кожу, медвежий плащ – главный подарок Великому князю. Кривой постарался на славу. Рёнгвальд бы сам не отказался от такого подарка. Но для дела – не жалко.
С Турбьёрном в Киев Рёнгвальд отправил десяток Флоси Маленького. В него входили те самые отроки под началом молодого варяга Некраса, неплохо показавшие себя в драке со свеями на земле огнищанина Перста. Также Флоси со своим десятком были единственными, кто во время битвы с хирдом ярла Рогнира не потеряли ни одного человека убитыми. Так, несколько средних ранений.
Одним словом, серьёзная сила. От речных разбойников отбиться с лихвой хватит. А других серьёзных противников на Днепре встретить сейчас ой как не просто! Считай, самая середина обжитых словенских земель, находящихся под защитой Киевского князя.
– Запомни, брат, – наставлял Рёнгвальд Тура перед уходом, – Нрав буйный свой не показывай, но и перед кем попало не прогибайся. Пускай видят – здесь, в земле Полоцкой, сила появилась новая. И считаться с ней следует.
– Не подведу, брат, – прогудел в ответ Турбьёрн. Браться обнялись.
– Жду вас обратно в концу лета! Всех! – крикнул ярл, когда Тур ступил на палубу. Кто-то из варяжских отроков убрал сходни, и драккар, уверенно работая вёслами, начал свой путь.
Турбьёрн, стоявший на корме, смотрел на пропадающие вдали стены Полоцка и думал о приятном. Например, что ему, Туру, сыну Ульфа, младшего брата хевдинга Олафа, предстоит посетить главный город русов – Киев. И наравне беседовать с Великим князем Киевским – Ингварем, сыном Рюрика.
Казалось бы, идут по центру обжитых земель. С важной задачей – установить между Киевом и Полоцком торговый и военный союз. Ветер попутный, на вёслах – умелые гребцы. Однако нарвались же на неприятности. А началось все так.
Днепр река широкая, судоходная, важная. В летнюю пору движение сильное, то и дело навстречу Морскому змею попадались пузатые лодьи словенских купцов. Тур заблаговременно отдал приказ снять страшную драконью голову, и бережно уложить её в трюм. Однако нурманский драккар выделялся среди корабликов русов как волк посреди овечьей отары. И это приносило свои неприятности.
Завидев с берега хищный киль Морского змея, местные смерды наводили такую панику и суету, куда б деваться! В каждом прибрежном поселении их встречали зло настроенные воины с копьями наготове. Турбьёрн старался вести себя мирно. На слова резкие не обижался, платил за свежую воду да пищу серебром. Хотя мог бы силой взять, сам добыть. Но Рёнгвальд прямо сказал – не дурить, не обижать, не нарываться. И Тур очень старался.
С купцами словенскими общался с интересом. Выведывал, какие товары нынче в цене, да что происходит в большом мире. Купцы поосторожней отмалчивались, похрабрее отбрёхивались. В общем, не выказывали никакого желания общаться с нурманом. Пока Тур не развязывал кошель. Правильно говорит старый Геллир, серебро – лучший переговорщик.
Узнал Тур следующее. Оказывается, Кенугарду, а с ним и Ингварю, сейчас совсем не до далёкого северного Полоцка. В степи, на днепровских порогах, лютуют страшное кочевое племя – печенеги.
Прежний военный вождь Полоцка Светозар рассказывал про них. В ближнем бою рубаки так себе, однако из луков бьют метко и больно. И на лошадях скачут, как драккары по волнам. Ингварь-конунг пытался с ними воевать, однако получалось у того, прямо скажем, не очень.
Купцы сетовали – опасное дело сейчас ходить вниз по Днепру. На волоках большая орда стоит. Тысячи печенегов. Хоревой, цапон, и иные племена. Житья совсем не стало. Бывает, уйдёт князь Ингварь в поход, одних печенегов гонять – другие к самому Кенугарду подойдут.
В сам город не полезут, куда им, а окрестности пожгут, народа в полон похватают, и обратно в степь. А там ищи их. Купцы посолидней говорили – у ромеев в далёкой Византийской империи цены на челядь совсем упали. А всё потому, что печенеги ромейским купцам словенских трелей продают. Задешево. Потому что много.
Слушал Тур, слушал, да запоминал. И примерно прикидывал положение сил в словенской Гардарике. А также налаживал торговые связи. Купцы, не брезговавшие общением с молодым нурманом, искренне радовались предложению Тура посетить Полоцк, и воспользоваться безопасным путём до Холмгарда. За долю малую от товаров. А если сказать на волоке, что он, купец, друг близкий ему, Турбьёрну Ульфсону, можно и вовсе не платить. Купцы радовались. Приятно, когда тебя от нурманов берегут сами нурманы.