Серебро мгновенно исчезло в складках девкиной одежды. Ещё один быстрый кивок.
– Ну так веди!
Девка шустро засеменила впереди, постоянно оглядываясь на своих спутников.
– Что там с воеводой? Как было? – поинтересовался Турбьёрн, увлечённо разглядывая упругий девичий зад.
– С утра пришли на Морского змея четверо норегов. Все в бронях, оружные. Сказали, мол, как отоспятся гости княжьи, ждёт их к себе воевода киевский Хвитсерк Харальдсон, на разговор душевный.
– Что скажешь? – спросил полоцкий сотник.
– Нореги себя больно мирно вели, – серьёзно ответил Флоси, – Так с кровниками не разговаривают. Думаю я, не в обиде на нас воевода. Иначе зачем ему нас в гости звать?
– А может хитрость? – осторожно предположил Турбьёрн, – Придут гости расслабленные на воеводино подворье, а нореги их там прибьют?
– А кого Великий князь вчера на службу звал? – хитро прищурился Флоси, – Убивать человека, в службе которого заинтересован сам Игорь Рюрикович? Я бы поостерёгся!
– Откуда знаешь? – удивился Тур, – Я ж никому из наших ещё не рассказывал.
– Трэли словенские, – заулыбался хирдман, – Весь детинец судачит о том, как Великий князь Киевский нурмана из дальнего северного Полоцка на службу звал. А тот отказался!
На последних словах Флоси громко захохотал. Шедшая впереди девка вздрогнула, чуть прибавила шаг. Подойдя к двери в очередную клеть, не такую крупную, как у полоцкого сотника, девка остановилась, склонила голову.
– Здесь, – едва слышно проговорила она.
– Благодарю тебя, дева, ступай, – ответил Турбьёрн, и теремная девка тут же упорхнула.
В соседней клети полоцкие обнаружили Некраса и Смышлёна. В точно таком же виде, в каком пару минут назад был сам Турбьёрн. Голые, спящие. Разве что девок взяли поменьше. По одной на брата.
– Расслабились наши дренги, – едва слышным шёпотом, по-нурмански пробурчал Флоси, тихонько подходя к Смышлёну и вынимая из-за пояса длинный нож. Надо отдать парню должное, едва холодный металл покинул кармашек, рука отрока медленно потянулась к лежавшему рядом короткому северному мечу.
Однако Некрас успел раньше. В полумраке клети ярко сверкнул брошенный нож. Флоси увернулся, и тот с хрустом ударился в жердяную стену, после чего со звоном упал на земляной пол.
Одновременно с броском Смышлён открыл глаза. Парень кубарем скатился с ложа, обнажая меч. Разбуженные девки испуганно завизжали, забиваясь в угол. Флоси громко захохотал, пряча ножик в кармашек.
– Никто не расслаблялся, хевдинг, – проговорил Некрас из тёмного угла клети, голый, но с мечом в руке, – А тебя, Флоси, только глухой не услышит. Топчешься будто медведь на водопое.
– Такого мишку ещё поискать надо... – начал было осмелевший за другом Смышлён, но получив подзатыльник от грозно набычившегося Флоси, мгновенно заткнулся.
– Собирайтесь и возвращайтесь на Морского змея, – распорядился Тур, выставив из клети полуголых девок, – Ждите нас там. Мы вдвоем к воеводе Хвитсерку пойдём. Договариваться. Если не вернёмся к закату, наймите гребцов из варягов, собирайтесь и уходите.
– Как можно, сотник? – возразил было Некрас, но Турбьёрн зло оборвал его.
– Приказы сотника обсуждать будешь, отрок? Воином великим себя возомнил? Не посмотрю, что дар прорезался, как двину, мало не покажется! – Турбьёрн сунул лезвие секиры Некрасу под нос.
Отроки мгновенно стушевались и неохотно принялись облачаться. Их доспехи и одежда была вразнобой разбросана по клети, но оружие было под рукой.
«Воины!» – с гордостью подумал про себя Турбьёрн, когда они с Флоси, оставив парней, покинули Великокняжий детинец и направились к подворью воеводы, – «Вернёмся, скажу Яруну – пора пояс гридня на отроков вешать!»
До подворья киевского воеводы Хвитсерка шли недолго, тихонько переговариваясь. Тёплое летнее солнышко только-только начинало неспешно подниматься по небосклону, до полудня было ещё далеко. Полоцким никто не препятствовал. Напротив, попадавшийся навстречу знатный киевский люд вёл себя почтительно, кое-кто даже уступал дорогу, кланялся, но не поясным поклоном, а как равный равному.
– Хвост за нами, – на очередном повороте шепнул Флоси своему хевдингу.
Турбьёрн медленно развернулся на носках, быстро пробежался глазами по толпе киевлян. Точно! Вон, шагах в тридцати, один из отроков, совсем недавно стоявший у ворот Великокняжьего детинца. Заметив, что полоцкие гости развернулись, остановились и что-то высматривают в толпе, тот шустро нырнул в переулок между дворами.