— Не меня ли вы ищите? — пробормотал я.
На противоположной стороне загавкала собака, и я понял, что в моё утопление особо не поверили и продолжают искать. Ну или пытаются труп найти, что было вполне возможно предположить, зная моё состояние. Выбравшись из кустарника, я углубился в лес и направился вдоль реки вверх по течению. Через километр я наткнулся на малинник, где в течение часа набивал желудок. После чего напившись в реке, переплыл на другой берег и продолжил движение дальше вверх по течению. Мне нужно было уйти километров на десять, выйти из зоны поисков. То, что меня унюхают собаки я не верил, специально намазывал стопы ног, и части тела, где не было ран одной очень хитрой и вонючей травкой, что отбивала все запахи.
Уйти далеко я не смог, сил хватило всего на пять километров. Поэтому снова перебравшись на другой берег, я нашёл спокойное место для отдыха и упал на прошлогоднюю листву, мгновенно уснув.
В это раз я также очнулся без посторонней помощи. Сходив в туалет, меня пронесло, видимо всё тут давало знать, и малина, и сырая вода и раны, я направился вниз по течению к малиннику. Следы я сбил, запутал, но вот далеко уходить от средств выживания, то есть от еды, не хотелось. До того малинника где подкрепился вчера, я не дошёл, попался другой, более обширный. Старясь не оцарапаться о колючий кустарник, я забрался в середину малинника, найдя там крохотную полянку, и свалился на ней. Всё, убежище на ближайшее время у меня есть, осталось подлечить раны и вернуться в поместье за вендеттой.
Следующие дни были как один, я питался малиной и мякотью из раковин. А где мне ещё было найти мяса, без средств выживания и даже самого банального ножа? А тут когда ходишь к реке чтобы попить, то можно ныряя набрать раковины и камнем раздробив их есть сочную мякоть. Пару раз меня пронесло, но постепенно желудок адаптировался к этой еде, и больше проблем с ним не было.
Так прошло порядка десяти дней. Два дня назад я начал делать лёгкие тренировки, старясь не потревожить заживающие раны. Молодой организм, жизнь на свежей природе, и калорийное питание сделали своё дело, я стал поправляться, а раны рубцеваться. Спину я свою не видел, но подозревая, что она превратилась в страшное зрелище.
Местных я за это время видел дважды. Один раз двое мужиков и женщина в платке пропыли на лодке вниз по течению, но не вернулись, потом по лесу заметил трёх мужиков, что вышли к реке, по трапезничали там, потом снова ушли вглубь леса. В одном я сразу опознал Авдея. Он, как и другие мужики был в длиннополом зелёном сюртуке, с ножами на поясах и ружьями. Судя по форменной однотипной одежде и ружьям, они у неизвестного помещика, которого как я слышал, звали Сергеем Игоревичем, были лесничими. Да-а, такой лес требует присмотра, это точно.
Заметил я их четыре дня назад и, будучи тогда не в форме решил не трогать пока. Время есть, я не торопился вынашивая планы ответного удара. Подлечусь, приду в норму и выйду на тропу войны. Индейцы Княжества меня мно-о-огому научили. Десятки тысяч воинов-индейцев прошли через воинскую службу армии и флота. Они по первом же призыву приходили на помощь, добровольцами участвуя в войнах в Англии, Испании и Франции. Португалия с нами не воевал, ей хватило одного самого первого нашего рейда.
Форму я немного восстановил, поэтому решил оснаститься. Мне была нужна одежда, кремень с трутом и хотя бы нож. Вон вчера поймал руками рыбину. Так пришлось острой кромкой камня её чистить и есть полусырой сырой. Огонь я добывал трением, это я тоже умел делать.
Одним словом на завтра я решил выйти на большую дорогу. Крестьян трогать не хотелось, они разве виноваты, что у них такой ублюдок-хозяин, а вот людишек самого помещика я решил хорошенько так пограбить, со смертельным исходом. Их естественно, не моим. Свидетелей я оставлять не собирался, а людишек помещика было не жалко. Я помнил, как они стояли толпой и с улыбками наблюдали за моей экзекуцией. Звучал смех и сверкали улыбки. Ничего я вам зубы-то повыбиваю, перестанете улыбаться.
Вернувшись на свою лёжку в малинник, где был сделан небольшой шалаш и на земле лежал наломанный лапник, я сел рядом и изредка бросая в рот крупную спелую недавно собранную малину, она уже начала перерастать, стал размышлять о свой судьбе.
Честно скажу, я до жути был рад, что сменил опостылевшие века средневековья, на более современное время.
Да, Империя Чёрного Властелина, как называла моё Княжество просвещённая Европа, вышла на уровень железа и пара. У нас вон уже железная дорога действовала… Ну небольшая, двести километров длиной между Князьградом и другим крупным промышленным и торговым городом. Действовали пассажирские и транспортные перевозки. На линии работало четыре паровоза и шестьдесят два вагона общим числом. Из них восемь платформ, двенадцать пассажирских вагонов, пять цистерн, остальные товарные. Конечно это капля в море, но главное начать, отработать процесс. Через двадцать лет Алекс, если не передаст Княжество наследнику, должен начать постройку магистрали железной дороги через весь континент к Тихому океану. Это конечно проект на десятилетия, но после постройки, дорога облегчит сообщения с теми областями. С индейцами и уже были договоренности о постройке дороги по их землям, наши дипломаты постарались.
Но это так, мелочёвка, одно из достижений Княжество и образования министерства железных дорог. У нас было много свершений, медицина вышла на вполне приличный уровень, не на тот к которому я привык, но очень неплохо, проводились операции на аппендицит и другие. Я в них не лез, так как лечил свою семью собственноручно, в прямом смысле этого слова, так что у меня в семье никто не болел. Раз в неделю в Храме я участвовал в обрядах очищения. То есть бесплатно лечил калечных и больных. В первое время были толпы народа, но поле излечения большей части, они превратились в тонкий ручеёк. Об этих обрядах очищения, которые проводились только в главном храме, знали все граждане Княжества и индейских территорий, так что этот поток не ослабевал. Я лечил всех, были ли они прихожанами храмов или нет.
Княжество стремительно поднималось за счёт вливания в бюджет и казну награбленными сокровищами и данью. Всё описывать мне было лень, но уровень жизни и техническая оснащённость предприятий можно было сравнить с началом тысяча девятисотым годом. Мы брали под свою руку острова и архипелаги. Даже начали вести торговлю с Японией. Ох и дремучая в своих устоях страна, но рис они нам поставляли исправно, получая за это сталь и наши зёрна.
Сделано было много, всего и не опишешь, два года назад я передал Княжество в руки своего наследника Александра. До этого он был моим постоянным замом, впитывая знания как губка. Могу сказать, что он стал очень хорошим правителем. Я был при нём что-то вроде советника, тем к кому он мог обратиться за советом. Ему не понравилось, что я решил сходить с раздевательной партией в Индию и установить там пару факторий для торговли с аборигенами.
Наш разговор тогда был грубо прерван, как это неприятно осознавать, но меня отравил собственный сын. Один из. Скорее всего, целью был Алекс, а я просто попал под случайность, но мне от этого не легче. Вырастил-таки волчат. Моя кровь.
Предположу, что это был Николай, как мне докладывала Охранка, именно он затевал какую-то бучу. Но это может быть и ширмой, тот же Виктор был хитрой сволочью, отравление как раз в его стиле, в отличие от прямолинейного Николая. Думаю, Алекс разберётся. Не зря же он после окончания вуза впускавшего чиновников отслужил в Охранке три года, пока не перешёл в мои замы. Разберётся, он опытный сыскарь. Да и парни из Охранки тоже не зря хлеб едят и зарплату получают. Покушение не вышло, теперь осталось только поиск виновных и суд. Покушение на правителя это без сомнений смертная князь. У нас в законе нет такого пункта, что членов семей князя это не касается. Будут бултыхаться в петле виновные, это без сомнения.
— М-да, реки крови прольются, если это смена власти, — вздохнул я.
Доев малину, я забрался в шалаш и уснул на мягком свежем лапнике. То, что он колется я, уже не обращал внимания, привык, как привык спать только на животе. Завтра идти на дело, нужно отдохнуть.