— Ну-ну, — хмыкнул я и стал спускаться.
Пока было время, я осмотрел свои трофеи. Тяжёлый 'Кольт' был шестизарядным охренительного калибра, как бы не сорок пятого. Нож был отличный, клинок из оружейной стали, в чехольчиках была всяка дребедень, включая пули, порох, мелочь и даже кресало с трутом. Хорошие трофеи. Поэтому я сразу препоясался на голое тело, и сунул револьвер за пояс.
Как только охотники скрылись среди деревьев, я снова метнулся к поместью. Ага, они думают, будут меня загонять, но мне нужно было выманить их из поместья и заняться дворней, а так же разграблением дома. Потом уж нормально вооружившись и одевшись, можно заняться и охотничьей партией. Уверен, они сейчас у реки, осматривают берега.
Около пятнадцати человек, находилось во дворе, там выли женщины и царила суета, покойники все три были сложены рядком. Снова нырнув через чёрный вход в дом, я прошёл мимо кухни, повара снова меня не заметили и, открывая двери на первом этаже, нашёл то, что надо. Кабинет помещика.
— О да, — усмехнулся я, разглядывая висевшие на стене сабли, и даже один меч. Снимая по очереди оружие я осматривал клинки, пока не нашёл две отличных парных из дамасской стали сабли. В этом я был эксперт. Стряхнув с них ножны, я зло усмехнулся и вышел в холл, громко крикнув:
— Ну что ублюдки, я иду! Бойся меня, бойся!
Через пятнадцать минут, живых в поместье не осталось, никто не успел убежать и вызвать охотников.
Обмываясь у колодца от крови, выливая на себя уже второе ведро с ледяной водой, я даже вздрогнул, вспомнив о гостье:
— Как же я о ней мог забыть?
Оббегав весь дом, я нашёл девушку, спрятавшуюся в комнате прислуги закрывшись бельём. Схвати её за плечи и, подняв, я поглядел в её полубезумные глаза, они не стояли на месте, перебегая с места на место, брезгливо скривился и пробормотал:
— Шарики за ролики съехали, даже трахнуть такую неохота, — и, покосившись на свой пах добавил. — Да и не могу пока.
Выдернув из ножен клинок, я нежно ввёл его девушке в шею, достав аорту, после чего выдернул, глядя как вместе с кровью из её прекрасных глаз уходит жизнь.
— Жаль, красивая была цыпа, — тут я почувствовал некоторое неудобство в паху и, посмотрев вниз счастливо улыбнулся, с некоторым облегчением добавив. — ЗАРАБОТАЛ.
После этого я почти сорок минут трофеился в спальнях и кабинете помещика, пока тот с недобрыми намереньями искал меня у реки. Изредка я поглядывал в окна. Вдруг кто вернётся, или все скопом двинут обратно. Мало ли надоело им охотиться на меня. Но пока было тихо. Потрогав космы на голове, я в ванной помещик набрал шампуней и мыло, после чего пошёл в баньку. Та оказалась натоплена к приезду гостей.
Сначала с помощью зеркальца я обкорнал свои космы, сделав приличную на вид короткую причёску. Сам я себя давненько не постригал, но навык не растерял, вроде ровно получилось. После баньки я немного остыл, надел свежее бельё, шёлковое, и дорожный костюм цвета хаки, что был найден мной в шкафу спальни хозяина. Сапоги тоже подошли как влитые. Поправив широкополую шляпу на голове, я в предбаннике посмотрелся в зеркальце, с помощью которого постригался, его я тоже тиснул из спальни помещика, и удовлетворенно кивнув, поправил кобуру на боку. Местный хозяин тоже не был чужд современному оружию. У него нашёлся русский Смит-Вессен сорок четвёртого калибра и достаточный запас патронов. Так что этот револьвер в данный момент находился в закрытой кобуре у меня на поясе. 'Кольт' был заткнут за пояс. Нож на ремне и чехлы тоже пришлись к месту.
Подхватив большую дорожную и тяжёлую сумку, к которой был приторочен однозарядный охотничий карабин, патронов к нему было всего два десятка, я побежал к лесу, навсегда покидая это подворье. Что нужно я взял для адаптации к этому времени и жизни тут, остальное будет по мере поступления времени.
Кстати, когда я взломал в кабинете ящики стола и нашёл ко всему прочему достаточное количество наличных средств, что сейчас благополучно устроились у меня за спиной в сумке, то нашёл ещё стопку газет, не забыв прихватить часть для подтирки. Последняя была свежей. Сейчас шёл 1871 год и видимо был июнь. Находился я в Сибири, где-то под Екатеринбургом, но точно узнаю от местного хозяина, когда проведу с ним личную беседу.
Я конечно и так знал, этот Творец долбанный сказал, но газеты подтвердили. Никаких изменений истории. Я оказался в мире, точном копией моего родного, только с разницей на пару веков. Америка присутствовала, остальные страны тоже. Гражданская война в Штатах была. Да и президента я этого помнил. Вот такие дела.
Охотников я обнаружил на этом берегу, подсчёт показал, что они разделились, небольшой группы и Авдея не было.
— Как бы они к поместью не смотались, — пробормотал я.
Отойдя подальше, я спрятал сумку с вещами под кустарником и, взяв нож наизготовку, направился на поиски второй группы. Она оказалась на противоположном берегу. Пришлось раздеться до нага, отнести одежду к остальным вещам и, вернувшись к берегу показаться на глаза Авдею. Сразу же поднялся гвалт, встрепенувшиеся охотнички на моём берегу во главе с помещиком радостно включились в погоню. Авдей со своими тоже начал переправляться на эту сторону. Причём как оказалось не вплавь, у них была лодка.
Бежал я легко, лёгкие работали спокойно, давая мне возможность уйти от погни. Сделав полукруг, я вышел преследователям в тыл. Те перекликались, потеряв меня, собаки никак не брали след.
В это время переправившийся Авдей со своими людьми тоже побежал следом за хозяином. Этой группой-то я решил заняться. Бежали они небольшой цепью, не всегда видя друг друга, поэтому не сразу засекли пропажу двух загонщиков с правого фланга.
— А где Иван и Гнат? — спросил обернувшийся Авдей. До других охотников они не добрались всего метров двести.
— Иван, Гнат? — закричали оставшиеся двое охотников, но тут же упали с ножом и кинжалом в горле, которые я снял с поясов прирезанных охотников.
Авдей испугано отшатнувшись побежал к основному отряду. Держа 'Кольт' в руках, а я тихо подкрался к двум убитым, выдернул из их тел клинки и скользнул следом.
В этот раз охотники не вели себя так нагло, до них начало доходить, что охотники как раз не они. Помещик, Авдей и усатый гость стояли в окружении оставшихся семи мужиков, которые выставили оружие в сторону леса и испуганно шарили глазами, ища меня, и общались на высоких тонах.
Усатый, бывший гвардейский офицер, предлагал закончить охоту до победного конца, а хозяин предлагал вернуться в поместье и кликнуть соседей, чтобы устроить всеобщую охоту. Мне это не понравилось, поэтому дождавшись, когда двое мужиков с моей стороны слегка отведут взгляд, продолжая шарить по деревьям кустарникам и траве в поисках меня, на мгновение высунулся и с двух рук метнул нож и кинжал. Тут было всего метров тридцать, попал точно в яблочки. Адамовые.
Под испуганно-изумленными взглядами друзей и хозяина они осели на траву.
— Бесы, вокруг бесы! — бросив ружьё, закричал один из мужиков и бросился бежать.
Ловить мне его не хотелось, поэтому я, высунувшись, метнул свой охотничий нож, бывший Авдеевский. Тот вошёл ему точно в висок и мужик свалился в траву.
— Вон он! — закричал усач, и почти сразу загрохотали выстрелы, и от дерева за которым я укрывался, начали отлетать щепки, и оно затряслось от попадания мощных пуль
Мысленно подсчитав произведённые выстрелы, я спокойно вышел с 'Кольтом' в опущенной руке и направился к охотникам, которые судорожно перезаряжались. На ходу вскинув револьвер, я от бедра четырежды выстрелил, и последние мужики упали с пробитыми головами.
— Не советую господа, — холодно произнёс я, держа трёх мужчин на прицеле 'Кольта'. — Забавная ситуация, вас трое, оружие разряжено, а у меня в барабане всего два патрона. Кто рискнёт свой жизнью, чтобы спасти остальных?
— Подонок, — вышел вперёд усач.
— Я нисколько не сомневался, что это будете вы, — сказал я и спустил курок. Дёрнув головой, усач упал на траву с дыркой во лбу.
— Всего один патрон, — усмехнулся я и, играясь, поднял ствол револьвера в небо, спустив курок. — Но это оружие мне не нужно, я вас тварей голыми руками порву.