— Вчера почтовая телега была, завтра в обед другая будет.
— Давай, дядьку своего зови.
Мальчишка убежал, правда, дважды останавливаясь и запрокидывая голову, чтобы остановить кровь. Через пять минут он вернулся в сопровождении парня лет двадцати на вид, это и оказался 'дядька Богдан'.
Осмотрев сперва меня, особенно кобуру на боку и ружье лежавшее на сумке, которую я вынес на берег и мельком осмотрев лодку, вынес вердикт:
— Емелина работа. Он эти лодки делает. Новая… три пятака.
Задумчиво посмотрев на лодку, цена, конечно, была немного занижена, но торговаться я не стал, кивком соглашаясь с ценой. Тот отсчитал мне три монеты, после чего велел мальцу перегнать лодку к его мосткам. Богдан тоже подтвердил, что почтовая карета, которая в основном и занимается перевозками состоятельных пассажиров, будет только завтра, но так же добавил, что некоторые дворяне путешествуют на своих транспортных средствах и есть возможность, что они могут взять попутчика.
Кивком, поблагодарив его за информацию, я повесил ружья за спину и, взяв сумку в руки, направился к дороге. Там стояла харчевня, дольно приличная на вид, вот в неё я и зашел. Кроме хозяина за стойкой, который тоже с интересом осмотрел меня, в помещении находилось всего двое посетителей. Крестьяне из местных, что заливались пивом.
— Что изволите, барин? — спросил хозяин.
— Барин на ваших землях сидит, а я князь, к вашему сведенью. Мне нужен комплексный ужин, пирогов с собой и узнать будет ли ближайший транспорт на Екатеринбург.
— Сейчас всё сделаем, ваше сиятельство, — слегка поклонился тот и стал помогать мне усаживаться за отдельный покрытый скатертью столик.
Отдав на кухне необходимые распоряжения, он так же подтвердил, что почтовая карета будет только завтра и посетовал, что я поздно пришёл, буквально два часа назад проезжал помещик, и в его повозке было свободное место. Так же он сказал, что по тракту ездят наёмные кареты. Там тоже могут оказаться места.
Понятие 'комплексный ужин' хозяин понял по своему, то есть он решил, что я велел нести всё, что есть. Когда я заканчивал ужинать, время было вечернее, снаружи послышались стук копыт скрип повозки и ржание лошадей. Стихло всё рядом с харчевней, поэтому я решил подождать, что будет дальше, занимаясь жареной курочкой. Курочка была хороша, но та которую я пробовал у убиенного мною помещика, она была вкуснее.
Снаружи звучали громкие голоса с повелительными нотками, хозяин выскочил наружу встречать гостей, а я, взяв со стола кубок с квасом пригубил его, с интересом посмотрев как в помещение харчевни вваливаются двое офицеров, за ними проследовала степенная пожилая пара. Все четверо, несомненно были дворянами, но не думаю что высокого ранга.
— Господа, — встал я и слегка склонил голову. — Почту за честь, если вы присоединитесь ко мне. К сожалению, я не смогу осилить то, что мне принесли, тут и на десять человек хватит.
Офицеры были людьми военными, поэтому довольно пригладив усы, они согласно кивнули.
— Поручик Яруш, военный инженер, — кивнул один, щёлкнув сапогами.
На улице уже почти стемнело, свет в харчевне давали свечи, горевшие на стенах, поэтому был некоторый полумрак, но дворян я хорошо рассмотрел.
— Ротмистр Сумский, уланский полк, — представился второй.
Пожилая пара были помещиками, Сергей Владимирович Уральский и Евгения Андреевна Уланская. Направлялись они в Екатеринбург навестить сына, который служил там у губернатора.
— Князь Александров, — представился я в ответ.
Никто он моего приглашения не отказался, все успели проголодаться в пути и ждать пока принесут заказ, не захотели, только попросили принести горячего. Сам я уже поел, поэтому пил квас, заедая его куском пирога с начинкой из капусты.
После плотного обеда, промокнувший губы платком ротмистр, пребывавший до этого в задумчивости, спросил:
— Простите Артур, а какой княжеской вы ветви? Честно говоря, я в училище изучал все княжеские ветви, когда писал реферат на эту тему, но об Александровых не слышал.
— Так я и не являюсь подданным Российской империи. Наши земли располагаются на территориях Северной и Южной Америки. В данный момент я путешествую по родине наших предков. Мой прапрапрадед покинул эти земли ещё в тысяча шестисотом году. После последнего бунта. Женился на княгине, тоже из рода бунтовщиков и совместил рода. Вот после этого смешения браков и получился существующий на данный момент род Александрова. Я не говорю, что мы известны, но такой род действительно существует.
— Вполне может быть, — согласно кивнул ротмистр. — Нравиться вам на наших землях?
— Да, красивая у вас природа. Мне нравиться тут путешествовать и охотиться, — и чуть улыбнувшись, добавил. — Да и люди тут добрые и отзывчивые. Мухи не обидят.
— Вы закончили путешествовать или ещё будете продолжать? — спросил Сергей Владимирович.
— О, нет, мне вполне хватило того гостеприимства что я получил у вас. Пора возвращаться на родину. Но вот хочу напоследок посетить Москву и Санкт-Петербург.
— Вы в них ещё не были? — удивился ротмистр.
— Прежде чем посетить Россию я путешествовал по Индии, был в Японии и Китае.
— И всё один. Не боязно путешествовать в столь юном возрасте? — сбросила Евгения Андреевна.
— Мне нет. К тому же мне почти пятнадцать, а не десять лет.
— Но всё же…
— Не волнуйтесь Евгения Андреевна, я уже привык и мне доставляет всё это немалого удовольствия.
Когда совсем стемнело, мы разошлись по комнатам, которые были на втором этаже харчевни. Мне хозяин, получивший щедрые чаевые за ужин, выделил единственный люкс в харчевне. Выспался я просмотр замечательно, дрых до самого обеда. Вчерашние мои собеседники уже укатили, в их наёмной карте не было места для меня, а я ждал почтовую карету.
Обедая в зале, я размышлял о своём будущем. С князем я поспешил, это не прошлый мир, тут такое не прокатит, поэтому придётся спуститься с небес, (ха, средний палец в небо) и в следующий раз представляться мелким дворянином. Вчерашняя проба подтвердила это решение. Маской простого гражданина прикрываться тоже не получиться, властность и аристократичность после стольких лет правления государством из меня так и прёт, но мелким дворянином ещё можно представляться. Я ещё не решил, останусь ли я на этих землях, или отправляюсь в другое государство.
Когда я заканчивал обедать, то услышал снаружи шум подъехавшего дилижанса, хозяин харчевни подтвердил, что прибыла почтовая карета и там как раз есть одно свободное место.
Особо я не торопился и спокойно допивал свой морковный чай, пока пассажиры, кучер и охранник почтовой кареты по трапезничают. Хозяин харчевни сообщил обо мне, о том, что я хотел бы с ними добраться до Екатеринбурга. Но что странно обратился не к кучеру, а к охраннику.
Тот о чём-то поспрашивал, косясь в мою сторону, я не показывал своего интереса и сидя у большого панорамного окна, наблюдал за жизнью деревни и видом речки, однако отслеживал через отображение на стекле всё, что происходит в зале. Поэтому я сразу засёк, что после разговора с хозяином харчевни охранник встал из-за стола и направился ко мне.
— Ваше сиятельство? Добрый день, я Валерий Антонович Добронравов. Пётр Архипович, местный хозяин сообщил мне о вашем желании продолжить путь на почтовой карете.
Повернув голову, я с интересом посмотрел на молодого мужчину в довольно потёртом костюме государственного служащего, но с кобурой пистолета неизвестной мне модели на боку.
— Да, — лениво кивнул я. — Есть такое желание.
— Мне требуется, прежде чем взять с вас плату, посмотреть на ваши подорожные документы и записать их в книгу учёта.
— Конечно, — потянулся я к нагрудному карману, но вспомнив, как тщательно почтовый служащий опрашивал местного хозяина, сменил направление движения и достал из внутреннего кармана подорожную на имя великого князя Аргентинского. Сто процентов хозяин сказал, что я представлялся князем, другого и быть не могло.
Для меня это было немного неудобно, однако у меня было два подорожного документа. Основной и сделанный в шутку, со скуки. А что мне ещё было делать за всё время скучного плаванья, тем более, если быстрые воды речки неси лодку довольно резво? Как образец я взял подорожную помещика умершего от руки мщения. У него их было две, местная, для путешествий по Российской Империи, Польше и Финляндии, а также заграничный паспорт. Судя по нему, помещик дважды бывал во Франции и один раз в Великобритании.