Утром я допил сытный рыбный бульон и доел оставшуюся рыбу, после чего помыв посуду в песке на берегу реки, собрался и поскакал дальше. Особо я не торопился, не думаю, что англичане уйдут, недели две должны там просидеть. Взятую в заложники девушку, восемнадцатилетнюю Маргарет, ставшую вдовой год назад, я действительно навещал. Но больше по её настоятельным и слёзным просьбам. С умением управлять чужим организмом, особенно в плане сексуального удовольствия, где я был гуру, я стал лучшим любовником в мире, так что впечатлённая девушка после первой нашей ночи, на коленях стояла, прося меня остаться и взять вместе с ней доставшуюся ей от мужа ферму. Детей они не успели завести. Я отказался, но девушку время от времени навещал, когда мой путь пролегал мимо. Одним словом она мне была никто и за её судьбу я особо не переживал. Спасти при возможности спасу, но без фанатизма. Однако если её убьют, мстить буду. Всё-таки одна из моих девок. Одна из моих много-о-огих девок.
К полудню я был на месте. Стали часто попадаться скалы, а впереди была видна поросшая деревьями скальная возвышенность, где и находилось то озеро и мой лагерь. Стреножив и расседлав коня, я прихватил с собой винтовку с запасом патронов и, поправляя то и дело падающую мне на глаза великоватую шляпу, осторожно направился к озеру. Часовые должны были наблюдать за округой, поэтому я оставил коня за пять километров от лагеря.
Однако все мои передвижение на брюхе и тихое подкрадывание оказалось лишено смысла. Лагерь был пуст. Совсем пуст. Осмотрев его, я пошевелил носком сапога угли костра, где я вчера готовил похлёбку, и потрогал руками, пробормотав:
— Утром ушли.
Во время осмотра лагеря я обнаружил свежее захоронение, общую могилу засыпанную камнями на подножье холма, а чуть в сторону мелькнуло что-то красное. Подойдя туда, я обнаружил Маргарет. Она была обнажённой, рядом лежало её красное платье, мой подарок, на котором её долго насиловали и издевались.
Закрыв её голубые глаза, я встал, рассеянно огляделся и быстро направился за конём. След англичан вёл в Колорадо. Видимо они направлялись к ближайшей ветке железной дороги.
Оседлав коня, я поскакал по их следу, внимательно вглядываясь вдаль, не покажутся ли там всадники. У них было преимущество во времени в восемь-девять часов. Но не думаю, что шли они спешно, так что должен я их нагнать к завтрашнему дню. Думаю ближе к вечеру.
Догнал я подонков действительно на следующий день, к моменту, когда начало темнеть.
Заметив впереди отсветы нескольких костров, я тут же заставил коня лечь в траву, вокруг были бескрайние прерии, видно всё издалека. Потом я дождался, когда совсем стемнеет, и направился дальше. За километр от лагеря, оставив коня с подветренной стороны, он начал принюхиваться, чувствуя сородичей, поэтому надев ему на морду пустую торбу, чтобы он ржанием не выдал нас, я направился к лагерю. Винтовку я брать не стал, она была ни к чему.
Подкравшись на расстояние пяти метров, я ввёл часового в коматозное состояние. От которого он осел выронив 'Винчестер' и остался лежать без сознания и пополз по-пластунски дальше к лагерю. Он ещё не спал, некоторые англичане лежали на одеялах, но ещё переговаривались. Покосившись в сторону коней, которых охранял ещё один часовой, я решил сперва заняться им. Мои кони были в табуне. Вьючная узнав тихо заржала, привлекая внимание охранника, но тот так же осел в траву, когда я сблизился к нему. Вернувшись к лагерю, стал наблюдать за его жизнью. Франт с двумя своими подручными имевших офицерскую выправку о чём-то разговаривали у небольшого костра. У другого сидели пятеро бандитской наружности, видимо ещё одна банда франта, а вот остальные были явными солдатами. Простая ковбойская одежда не смогла скрыть их воинской стати.
— Четырнадцать солдат, пять бандитов, два офицера и франт, — пробормотал я, продолжая отслеживать всё в лагере. — В принципе не так уж и много.
То, что часовые уже не несут службу, скоро могли обнаружить, поэтому я по-пластунски, стараясь не попадать в освещённые круги костров, пополз к солдатам. Те засыпали при моём приближении. Закончив с ними, я встал, отряхнулся и с револьвером в руках направился к остальным. Франту, двум подручным и бандитам.
При приближении, на меня не сразу среагировали, приняв за одного из своих, тем более я шёл от места, где лежали английские солдаты, а потом стало поздно. Я с помощью своих умений обездвижил их, парализовав.
— Ба, какие люди встречаются на моём пути, — убрав револьвер обратно в кобуру, разведя руками, воскликнул я. — Даже и не ожидал снова встретить вас на своём пути, но раз встретил, то думаю можно отдать накопившиеся долги.
Щёлкнув пальцами, я дал возможность франту говорить, действовала только голова, остальное тело у него продолжало оставаться парализованным. Офицеры рядом тоже лежали на боку, свалившись, когда потеряли возможность управлять своим телом и только зло вращали глазами, слушая мой монолог.
— Твоя взяла, — усмехнулся франт. — Может, договоримся?
— Не-е, — покачал я головой. — Не договоримся.
Развернувшись, я направился к другому костру, где сидели бандиты, и снова демонстративно щёлкнув пальцами, чтобы они могли говорить, спросил:
— Хотите умереть очень болезненно?.. — активировал я внутренние боли, от которых те застонали. — Или вы сделаете то, что я вас попрошу, и уйдёте со спокойной душой удовлетворённого человека.
Усилив боли, я дождался их полного и безоговорочного согласия на выполнение любых моих желаний. Подойдя к бандитам, я предварительно разоружил их, сложив револьверы и ружья в стороне. Не забыл их ножи, после чего снова щёлкнул пальцами, убирая паралич.
Со стонами и кряхтениями те начали вставать, когда я щёлкнул курком своего 'Ремингтона', велев им:
— Раздевайтесь.
— Что ты хочешь сделать? — забеспокоился лежавший неподвижно франт. Почувствовав своей пятой точкой угрозу себе.
— Помнишь Маргарет? Её душа требует от меня отмщения, вот я и собираюсь отомстить.
Тот сразу понял что я планирую с ним сделать и заорал что он сэр такой-то, посвящённый в это звание самой Королевой и я на посмею с ним так поступить.
— Ага, — посмеявшись, сказал я. — Ваши королевы и короли постоянно сэров дают всяким пидоркам… Ну, в будущем будут давать.
Бандиты, испугано поглядывая на меня, в это время снимали последние тряпки. Сразу запахло немытыми телами.
— Готовы? — не обращая внимания на вопли франта, поинтересовался я у обнажённых бандитов, что с суеверным ужасом поглядывая на меня, столпились у своей одежды. — Посмотрите на эту женщину, что притворяется мужчиной, она прямо так и просит удовлетворения… Я сказал она просит удовлетворения!
Последнее я сказал жёстким голосом, от чего бандиты подскочили к франту и начали его раздевать. Устроившись на одном из одеял у костра в позе лотоса, я налил себе из чайника свежего кофе, в одну из кружек бандитов и с интересом наблюдал за оргией бандитов, изредка комментируя увиденное:
— Через седло его перегните, так оно удобнее будет… А ты чего стоишь? В очереди? Спереди-то у него свободно заткни ему его словоблудие… Боишься откусит? Эх, каторга, всему то вам помогать надо, — щелкнув, я парализовал челюсть франта. — Вот видишь, а ты боялся… А ты чего притих и затаился сбоку? Не встаёт? Охренеть, я ещё должен и эротически возбуждать бандитов… Ну на. Смотри-ка как возбудился…. Да не торопись ты, сейчас твоя очередь будет, видишь этот к финишу близиться. Что и остальным такая помощь нужна?! Даже что же вы за мужчины?!
Так весело комментируя увиденное, я продолжал словесно развлекаться, прихлебывая неплохой кофе, дожидаясь пока бандиты устанут, но они с моей помощью уставать не торопились, сами поражаясь своими мужскими силами. Один из бандитов даже начал с интересом поглядывать на лежавших рядом жутко перепуганных офицеров, пока не принялся за них. Я не препятствовал. Мне-то какое дело, меня интересовала экзекуция франта, а с офицерами это личная инициатива бандитов.