А началось там самое интересное. Что будет если на свадьбе во все бутылки с алкоголем набросать и растворить таблетки с 'Виагрой'? Причем все корреспонденты, журналисты и фотографы имели иммунитет, сделанный мной против этой напасти.
Сперва в зале всё было чинно, хотя многие почувствовали странное возбуждение. Потом то одна парочка, то другая пыталась сквозь толпу побыстрее выбраться из зала сохраняя ещё остатки разума, но те, кто его уже потерял, быстро заваливали ближайших женщин, даже не своих, главное женщина на полу. Через минуту началась самая настоящая оргия, включились в ней все, кроме шокированной этим прессы. Постоянно сверкали вспышки фотоаппаратов, строчили в блокнотах корреспонденты. Один, стойкий, продолжал строчить, даже когда две светские дамы его повалили на пол и начали сдирать одежду. Начав с брюк. Тот с интересом поглядывая на них, наверняка описывал своё ощущение при раздевании, продолжал лёжа строчить. Те же потрогав у него между ног, что-то там не рабочее и поняв, что как мужчина корреспондент им не интересен разочарованно застонав, включились в другую групповушку.
Я не просто ржал, я уссывался от всего этого, дико хохоча с балкона. Особенно меня веселило то, как трое то ли лордов то ли герцогов разложили на троне Королеву, задрав ей платье на голову, активно пользовали, причем та похоже ещё была довольна. Тут я с ними был солидарен, страшна бабка. А два иностранных фотографа подкравшись поближе выбирая лучшие кадры, снимали всё это. Причём эти старки, только один был молодой, за сорок, придумывали такие финты с Королевой, что даже я крякал от изумления.
В течение получаса я, болтая ногами в воздухе ржал, всхлипывая и утирая слёзы, наблюдая за всем этим действиям, и продолжал заново, пока хватало сил. Причём, аура над всем этим была такая, что даже слуги, которых я не облучал и то включались в оргию.
Поняв, что пора закругляться, быстро спустившись по лестнице, заспешил к входу вместе с некоторыми представителями прессы, которые спешили в свои редакции выложить горящую информацию. Конечно, некоторую часть, никто в открытый доступ не выложит, но думаю, ушлые фотографы и корреспонденты толкнут информацию на сторону, неплохо на этом подзаработав. Тем более там была заграничная пресса, на которую местные власти вряд ли смогут надавить. Как быто ни было, добропорядочная Британия скоро должна пережить ещё один ошеломляющий удар по репутации.
Выйдя в парк, я оказался на подъездной дорожке, там меня уже ожидал подозванный местными слугами кучер, подогнав карету:
— Ожидай родителей, я хочу прогуляться, — широко улыбаясь, велел я, и весело насвистывая, направился к воротам.
Через пару минут я растворился в улочках Лондона. Настроение у меня было просто офегительным. Установку на прекращения я не давал, так что будут чпокаться, пока не помрут или пока и не остановят, а это поверьте мне не простое дело. Ко всему прочему в каждом дворянчике и дворянке был заложен вирус, модернизированный того которого я внедрял в Романовых. Если кто выживет, через неделю вирус сработает и адью. Мне живые враги, которые с исступлением бы искали меня, нужны не были. Одним словом, нагличан я одним махом убрал с шахматной доски и они теперь опасности не представляли.
С наглами я разобрался, они теперь до-о-олго будут затирать подробности этого бала из истории местной планеты, те кто выживут естественно, ну а я решил, сменив внешность отправиться в Россию. Пора пообщаться с Государем-стукачком.
О нет, я его не убью, если кто так подумает, но вот заставить помучиться, это со всей радостью. Он тут недавно женился, причём на близкой родственнице затраханной Виктории, и азартно делал нового наследника. Не успеет, я его раньше полным импотентом сделаю, передав тот же недуг Николаю-второму.
Причина не убивать обоих Романовых, у меня была только одна. А кто возьмёт бразды правления Государством? Я?! Мне это нах не надо. Спасибо, уже поправил, тоска зелёная, разбавляемая лёгкой радостью во время войн. Нет уж, пусть правят, хоть какие-то представители местной власти, что имеют планы на трон. Думаю, чтобы заделать наследников им обоим придётся обратиться к суррогатным отцам, хоть это разбавит кровь на троне, и вполне возможно следующий 'Романов' будет достойным правителем.
Спустившись вниз по улице до своего снятого дома, я там переоделся в нормальную одежду. Из отеля я выписался ещё сегодня утром, так что вещи были сложены тут же.
Этим же вечером я покинул Лондон и дилижансом отправился в другой город-порт, по пути слегка изменив внешность, чтобы не быть похожим на барона Уильяма. Другие пассажиры всё равно спали, а кучер видел моё лицо освещаемой факелом, так что не думаю, что что-то разглядел и поймет, что появился новый разрез глаз и чуть увеличились скулы.
Меняя внешность, я выбрал для стандарта лицо Тома Круза, так было легче работать, когда есть установка под определенный тип лица.
На небольшом рыбачьем судне я пробрался через Ла-Манш, и оказался во Франции. Утром, когда я обедал на набережной в порту Англии, в небольшой таверне, то изучил свежую прессу. Там было сообщение о бале в столице. Но только как о свершившемся событии, и всё, молчок, но вот когда я перебрался во Францию, это что-то с чем-то. Газеты раскупались мгновенно, смеющиеся французы, громко декламировали сообщения, написанные на первой странице. Там же были фото. М-да, французская пресса работать умела, тем более в подобных случаях. Даже вон фотографии где-то достала, видимо хорошо заплатила.
Тут мальчишки принесли ещё кипы свежей газеты и я, наконец, смог купить и себе экземпляр, не слушая народных добровольных глашатаев.
На первой же станице, было написано завлекающий заголовок: Оргия в Букингемском дворце или тайная жизнь британской элиты?
Под заголовком было вполне обычное фото. Фотограф снял Королеву, когда она прошла в зал в сопровождении своей свиты. Надменные позы, надменные лица, строгие бальные платья. На другой фотографии, был трон Королевы, и она сама. На спинке свисали огромные панталоны. Фотограф знал своё дело, было хорошо видно, часть трона, герб над ним, и спины свиты, между раздвинутых полных ног, но никакого разврата. То есть показано всё и ничего, не подкопаешься.
Хихикая, слыша такой же смех вокруг, я читал газету на террасе дорого кафе, на набережной Гавра и пил утреннее кофе, с ароматными ещё горячими булочками с повидлом, которые тут почему-то называли круасанами.
Газета привела меня просто в великолепное расположение духа, свернув её, и убрав дорожную сумку, что лежала под столом рядом с оружейной, я доел завтрак и, подхватив сумки, направился в сторону ближайшего отеля. Нужно добыть документы, по которым можно отплыть в Россию. Пора-пора повидать Государя.
Документы добыть было не трудно, заплатил портовому служащему с видом пройдохи и он выдал мне всю нужную информацию, у кого и сколько стоит. Причём документы будут настоящими. Так я и сделал, причем купил два экземпляра, мало ли. Этим же вечером, я выписался из отеля и на попутном паровом цельнометаллическом судне отплыл в Россию. Это судно тоже был типа 'Хог Айлендер', только французской постройки. Правда, сделанное с отвратительным качеством. На тех кораблях, что сделал я, стояли динамо-машины и был электрический свет во всех каютах и прожекторах, а тут ничего подобного не было, освещалось всё масляными фонарями. Да и ход был паровым, на угле, а не на мазуте как мои транспорты. Те то по шустрее были, и автономность увеличена.
Но как бы то ни было, с мелкими правками за все время пути я сменил внешность и фигуру, став низкорослым крепким пареньком с полной личиной Тома Круза. Менять внешность, используя свои умения, у меня в последнее время из-за обширной практики получалось всё лучше и лучше.
За десять дней, с заходом в порты Дании и Норвегии грузопассажирское судно, наконец, прибыло в Россию, в столицу Российской Империи Санкт-Петербург.
Сойдя на берег и пройдя регистрацию на таможне, говорил я только на французском, делая вид, что не понимаю русского. Кучеру пришлось трижды повторить название гостинцы, пока он не довёз меня до места. Там портье совершенно спокойно общался на языке Наполеона, так что он быстро устроил меня в не особо дорогой номер, для иностранцев со средним достатком. Разобрав вещи, я переоделся в одежду для прогулок, решив начать выполнение своих планов и не тянуть время. Особо оставаться в России мне не хотелось, сделал дело, гуляй смело.