Сзади послышались тяжёлые шаги, и из разрыва пространства появился Рейтар. Воин был как всегда собран, сосредоточен и несгибаем, но в этот раз в его облике сквозило что-то ещё. Ощущение… торжественности? Да… За прошедшее время меридианец привык к поведению стражниц, потому последняя сцена его не смутила, признаться, его сейчас вообще вряд ли что-то могло смутить. Взгляд рыцаря пылал… Это был не магический огонь, не отблески факелов, нет. Вокруг него словно распространялась аура какого-то… Величия.
Тихий шорох пересыпавшегося сквозь щель Песочника, спустя миг вырастающего горой за плечом воина. Предупредительные шаги Седрика, заглушаемые шелестом вновь надетой мантии. Лёгкая поступь Миранды, без стеснения огибающей своего кавалера и замирающей прямо перед ним.
Четыре моих слуги. Четыре воина. Четыре… Японское число смерти…
– Хм, – я хмыкнул, отвернувшись от группы сторонников, и рефлекторно прикрыл глаза.
– Что-то случилось, повелитель? – спросил светловолосый оборотень, окончательно разрушая гипнотический эффект момента.
– Похоже, это место странно на меня влияет, – поднимаю взгляд к потолку. – Время, проведённое здесь… и его след сложно будет вытравить из памяти…
Верно. Именно здесь я попал в это тело, именно здесь получил его в единоличное пользование и именно здесь обрёл шанс на новую жизнь. Такое не забыть.
Мои слуги переглянулись, и каждый подумал о чём-то своём, гадая о сути моих слов, но с минорной нотой пора было заканчивать. Тем более из складки начали выходить новые действующие лица.
– Прости, мы больше не будем дурачиться, – первой подошла ко мне Вилл. – Что от нас требуется?
– Просто постойте рядом с Элион и удерживайте её подданных от необдуманных поступков. Всё остальное я сделаю сам.
– Брат, – о, кто у нас решился заговорить! – что ты задумал?
Серьёзно сдвинувшая бровки Элион опасливо подошла ближе. Девочке явно было неуютно находиться так близко от меня и моих слуг, но она упрямо сжала кулачки и требовала ответа. Похвальная выдержка. Быть может, из неё получится и не такая уж плохая правительница… Лет через десять.
– Начнём с того, что кое-кто от меня отрёкся перед лицом массы свидетелей, так что, пожалуйста, будь последовательна. Возможно, тебе доводилось слышать на Земле афоризм, что король – хозяин своего слова, захотел – дал, захотел – взял обратно. Так вот, в реальности для монарха это очень плохая привычка. Фатальная, я бы сказал. Так что обращайся ко мне или по имени, или по титулу. Третьего не дано.
– Но ведь ты называешь меня сестрой! – нахмурилась королева.
– А я от тебя не отрекался, – пожимаю плечами, – так что имею право, – Элион от такой диспозиции распахнула рот и начала ловить воздух, словно рыба, выброшенная на берег, но я ещё не закончил: – Что до твоего вопроса… – разворачиваюсь и начинаю шагать к лестнице, ведущей в тюрьму. – Я задумал вернуть себе то, что принадлежит мне по праву. И пусть с половиной Меридиана и твоей частью силы сейчас возникли некоторые технические трудности, но это временное явление.
– Ты… Ты так легко говоришь, что собираешься нарушить договор? – потрясённо произнесла девочка. Остальные, кхм, девочки, судя по лицам, тоже мыслили в том же ракурсе.
– О нет, моя хорошая, – усмехаюсь, слегка повернув голову и найдя её взглядом, – в том и прелесть ситуации, что мне ничего не придётся нарушать… Это сделаешь ты. Вернее, кто-нибудь из твоих слуг, тот же Калеб, например. Но магический контракт – такая штука, которой на такие мелочи плевать. Стоит любому кнехту, состоящему у тебя на службе или искренне считающему, что действует на твоё благо, совершить хоть что-то, что можно расценивать в качестве акта агрессии в мою сторону, как с меня спадают все ограничения по действиям на Меридиане. И знаешь, что самое чудесное? А то, что даже всё это тебе рассказав, я ничего не теряю! Ведь ты не станешь казнить Калеба, в лучшем случае – запрёшь его в темницу, но он – мальчик гордый и очень высокого мнения о своём интеллекте, а значит, сбежит и начнёт подстраивать мне пакости, и… – щёлкаю пальцами, – Меридиан мой!
– Я… Я сделаю так, чтобы он не сбежал… – тихо попыталась уверить меня сестра. По всей видимости, даже не очень осознавая, что именно говорит и каким голосом. А голос был такой, каким обычно оправдываются и уверяют, что больше такого не сделают.
Я негромко рассмеялся, отчего в зале мистическим образом установилась гробовая тишина.
– Вот поэтому ты и не подходишь на роль правителя, сестрёнка. Калеб был лишь примером, наглядным пособием, которое вы все бы поняли, но разве он такой один? Сколько среди твоих придворных повстанцев, для которых война со мной была смыслом большей части жизни? Сколько таких в твоей армии? Заключишь в темницу всех? О, я буду только рад! Но ведь ты на это не пойдёшь, а значит, ничего не изменится. Убедить всех? Объяснить? Да большая часть из них и писать-то, поди, не умеет, как ты объяснишь им нечто столь абстрактное и многомерное, как свойства магического контракта, если и сама их не понимаешь?