Освобождённые пленники, оскалившись и подбадривая себя издевательскими криками, начали надвигаться на побледневшую охрану, уже готовящуюся продать свои жизни подороже, но…
– Стоять, – лязгнул по ушам спокойный голос Тёмного Князя. – У нас договор, и мы не будем на них нападать… первыми.
– Но он же напал, повелитель! – резкий голос Фроста так и сочился детской обидой на то, что ему не дают переломать кости всем этим уродам, а ведь он уже настроился. – Этот предатель сам бросился на вас!
– Ты не им-меешь права! – нашёл в себе силы выкрикнуть парализованный Ватек.
– Имею, – жестом остановил кавалериста Фобос, поворачиваясь к говорившему, – согласно договору, заключённому в этих же стенах. И, Элион, может, ты наконец вспомнишь, что являешься правительницей половины этого мира, и отдашь приказ своим людям, пока их действия не развязали мне руки? – едко осведомился принц у прохода наружу.
Сотни недоумённых взглядов метнулись в ту сторону, чтобы спустя секунду увидеть, как из тени выходит светловолосая девочка в богатом платье.
И не одна! Рядом с королевой Элион стояли Стражницы, а за ними… Возвышались хорошо узнаваемые фигуры Рейтара, Седрика и Песочника.
– Ваше Величество? – не поверил своим глазам глава тюремщиков.
– Да, – печально выдохнула она, – Фобос сейчас в своём праве. Не чините препятствий его слугам и ни в коем случае не нападайте. Передайте этот приказ всем.
– Будет исполнено, Ваше Величество! – ударил себя в грудь воин, только сейчас заметив, что его уже ничего не удерживает.
Усмехнувшись этой картине, Фобос вновь развернулся к бывшим пленникам.
– Мои подданные, – произнёс он тихим голосом, однако во всей тюрьме не нашлось бы никого, кто его не расслышал, – как я и обещал, вы свободны. В силу заключённых договоров, у нас перемирие с Элион, потому никаких конфликтов, однако…
Утихшее было давление магической мощи принца взяло новую высоту, буквально приковывая к месту всех присутствующих, и следующие слова отозвались громовыми раскатами в душах каждого из слушателей:
– С этого дня я объявляю о воссоздании Меридианской Империи. Более я не принц и не князь, не король и даже не вождь, я – ваш Император! Я не принесу ни присяги, ни клятвы! Свою власть я взял сам, и моя воля – закон, ибо Я так хочу! Я был рождён, чтобы править, и пришло моё время! Вы – те, кто шёл за мной с самого начала, те, кто не предал в час нужды, те, кто терпел и ждал, не теряя надежды, вы – мои подданные, моя Империя! А Империя да пребудет! – с последним звуком своей речи Фобос вскинул вверх руку с чёрным скипетром, и в потолок ударил чудовищный по мощи столб энергии, скрыв за несколькими метрами ревущего и рвущегося в высь света фигуру мага.
Широкая, туго закрученная колонна белого пламени, заставившая отшатнуться даже Рыцарей Мщения, не разрушила – испарила потолок и монолит многометровой кладки до самой поверхности земли, чтобы миг спустя ударить в тёмные небеса Меридиана. Тихая ночь Столицы в одну секунду стряхнула ленивую сонливость, и многие тысячи существ в тревожном непонимании воззрились на небывалое зрелище. Но это был не конец. Достигнув верхней точки напряжения, высвобожденная магия дрогнула и звонкой волной начала распространяться по всему миру, донося до сознания каждого разумного образы только что случившегося действа и слова самозваного Императора. Слова, что у очень и очень многих рождали лишь ужас и трепет, но… В горах, тесных лощинах и дремучих чащобах, северных хуторах и на дальних заставах эти слова порождали радость и ликование. Те, кто не предавал, тоже имели свои чувства…
Столб света схлынул, открывая собравшимся в тюрьме вид на звёздное небо и Фобоса, спокойно опускающего посох. Несколько секунд в зале царило немое изумление, однако…
– Слава Императору Фобосу! – первым сбросил оцепенение лидер Рыцарей Мщения и первым упал перед своим повелителем на одно колено.
Остальные Рыцари немедля повторили его действия, даже огромный Гарголь постарался как можно ниже склонить голову. Не все лурдены умели говорить на общем языке, но непонимающих его среди них не было, а потому крики восторга и восхвалений захлестнули тюрьму на несколько минут, полностью морально раздавив немногочисленную хмурую охрану. Забытые ликующей толпой королева Элион и Стражницы потерянно стояли в стороне и молчали, но до них недавним узникам уже действительно не было никакого дела.