Очередная волна злости заставила скрипнуть зубами и мысленно взмолиться, чтобы Нерисса явилась уже поскорее. Тогда можно будет со всем покончить и набить, наконец, морду этому глисту! Только бы дождаться… Ну чего они копаются?!
Одна за одной бывшие стражницы приходили в сознание. На однотипные объяснения музыкант уже не обращал внимания, лишь отсчитывая секунды и едва сдерживаясь, глядя на то, какие зовущие взгляды бросает на белобрысого ублюдка Ирма при каждой новой шуточке, или что они там обсуждали? А, плевать!
В реальности прошла едва ли полноценная минута, все реплики были быстрыми и торопливыми, да и в объяснениях обстановки очнувшимся пленницам принимали участие не только две замершие у них фигуры, но для парня эта минута растянулась на долгие часы. Хотелось рвать и метать, выплеснуть всё накипевшее в потоке зелёного пламени из глаз, и неважно, против кого: Нериссы или Фобоса, главное – выплеснуть! Школьник сам не заметил, как окончательно перестал обращать внимание на звуки, а пространство перед глазами будто подёрнулось серой пеленой, в которой осталась существовать только смазливая физиономия блондина и улыбки, которые ему отправляют все окружающие девушки.
Вилл, Ирма, Тарани, Хай Лин, Корнелия… Даже эти… Кесседи, Галинор, Кадма… Все пялились на него, как тупые фанатки на поп-звезду! Кокетливо моргали ресницами, застенчиво улыбались, робко переминались с ноги на ногу… Шл!..
Мысль прервалась, так как его плеча коснулась чья-то ладонь. Мир рывком обрёл краски и звуки, и Олсен обнаружил, что все пленницы уже освобождены и куда-то исчезли, а рядом стоит напряжённая Вилл, что-то ему в полголоса говоря.
– …сле этого мы ударим со всех сторон, не давая ей опомниться, и, пользуясь моментом, Фобос хватает посох, понял? – смысл слов не сразу дошёл до сознания, но прозвучавшее имя сработало как инициатор во взрывном устройстве:
«Опять этот Фобос! Она вообще может думать о чём-то кроме этого ублюдка?!»
– Правильный момент очень важен, – продолжала негромко, но настойчиво шептать девушка, благодаря безликой маске на лице подростка не замечая его эмоций. – Если что, придержи меня, ладно?
Мэтт отрывисто кивнул, продолжая витать мыслями далеко от этого разговора.
– Хорошо, когда ты рядом, я себя чувствую куда уверенней, – улыбнулась главная стражница и перевела взгляд на другой конец помещения, где застыл тёмный князь.
«Уверенней в чём? В том, что можешь продолжать пялиться на него, а я не замечу и буду послушно прикрывать тебе спину, как верная собачонка?!»
Но в этот момент случилось то, чего он так долго ждал – под потолком технического помещения аттракциона вспыхнул разрыв пространства, из которого стремительно вылетела высокая брюнетка с посохом в руках. Её лицо было искажено негодованием, грива чёрных, как смоль, волос развевалась за спиной, на пальцах искрились разряды молний.
Взбешённый Регент Земли наконец-то мог не сдерживаться. И он не стал…
– Мэтт, стой! Что ты?.. – сдавленный окрик Вилл потонул в рёве зелёного огня, устремившегося к цели, и крике самого парня, бросившегося на колдунью следом за магической атакой.
Первый удар чуть не застал Нериссу врасплох, но в последний момент та успела вскинуть посох и принять магический выстрел на щит из сияющих искр.
«Но это ей не поможет!»
Высокая, мускулистая фигура Шегона торжествующе налетела на преграду. Школьник даже не заметил боли от ожогов – бушующие в груди эмоции придавали сил и отключали боль. Могучее тело продавило хлипкую защиту и врезалось в стройную фигуру ахнувшей ведьмы. Руки сомкнулись у неё на спине… Сжать, не дать вырваться… Он победил! Без всяких белобрысых уродов! Он один! Ещё немного, и…
Последнее, что запомнил парень перед тем, как его сознание отключилось – это яркая вспышка света…
Тело крылатого бугая ещё летело по воздуху, оставляя за собой тонкие струйки дыма, а я уже понял, что план пошёл к подхвостным кошачьим чертям!
Секунда полёта поджаренного молнией музыканта растянулась для меня в полноценных минут пять, не меньше. В мозгу прочно засела и болезненно пульсировала одна напрочь нецензурная мысль, начинающаяся на слово «Какого!..», а вот дальше русский, меридианский и английский мат сцепились в схватке насмерть, силясь выразить бездну моих эмоций, но даже самые забористые эпитеты казались мне просто неприличномягкими и вежливыми!