Глава 11
– Рискованно, Калеб, – покачал головой гуманоид с костяными наростами на голове и зеленоватым оттенком кожи. – А если это как-то отразится на королеве Элион?
– Никак! – горячо возразил лидер недавнего мятежа. – Она только благодарна нам будет. Мы спасём её!
– Тут замешана магия, а значит, ни в чём нельзя быть уверенным. Если бы можно было посоветоваться с Провидицей…
– Ты знаешь, что Провидицу изображала Нерисса! – с пол-оборота завёлся Калеб. – Жалеть о том, что нельзя с ней посоветоваться – всё равно что жалеть о том, что тебя не пытаются использовать!
– Тем более, Калеб! – не менее эмоционально ответил ему собеседник, быстро оглядывая коридор в поисках посторонних, и, не найдя их, понизил голос: – Нам нужен кто-то, кто что-то в этом понимает, кто сможет дать совет! Ты говорил, на Кандракаре остался кто-то из хранителей?
– Да, – глава повстанцев задумался, – Люба, хранительница Арамер…
– Вот и поговори с ней! Пусть Бланк перенесёт тебя на Кандракар, и ты спросишь её совета. Без этого глупо делать то, что ты задумал!
– Я не уверен, Олдерн, – молодой парень в кожаном плаще напряжённо склонил голову. – А если она не знает? Или решит предупредить стражниц? Они ни за что не согласятся!
– Безопасность королевы Элион важнее! Если с ней что-то случится, то уже неважно, будет Фобос или нет. Нам всем будет неважно!
– Ты слишком сгущаешь краски.
– А ты слишком зациклился! – опять перешёл почти на крик меридианец. – Послушай себя, что ты говоришь?!
– Хорошо-хорошо, Олдерн, ты прав, я погорячился, – пошёл на попятную Калеб. – Значит, Кандракар?
– Да. И не забывай, до того, что ты задумал, ещё нужно дожить, а последние новости не обнадёживают.
– Я знаю, но что ещё я могу сделать? Он тоже готовится. Не знаю, к чему конкретно, но ничего хорошего нас явно не ждёт. У нас будет только один шанс, ты понимаешь?!
– Я всё понимаю, друг, потому и помогаю, – успокаивающе положил руки на плечи товарищу Олдерн. – Мы справимся, я верю. Твой отец поможет нам. А сейчас отправляйся на Кандракар, времени и вправду мало…
После столкновения с Нериссой прошло несколько дней. Довольно обыденных и скучных дней, чему, впрочем, никто не огорчался – впечатлений хватило всем.
Стражницы переживали дела сердечные и дружеские, обсасывая тему Мэтта при каждом удобном случае. Вилл в этом активного участия не принимала, признавая притом факты. Хотя если бы не девочки, она бы, наверное, вообще о нём не заговорила. По-моему, она замкнулась в себе, пытаясь разобраться со всем у себя в голове.
Я как-то считал, что разрыв с ним она будет переживать куда более остро. Можно было бы подумать, что она загнала чувства очень глубоко и просто нацепила маску, но это было не так. Мимика, мелкая моторика, реакции на триггеры-раздражители, общий стиль поведения – всё это говорило о чём угодно, кроме попытки отгородиться от проблемы.
Сам парень, который при всём желании не мог полностью исчезнуть из вида – всё-таки была школа, от которой его никто не освобождал, пару раз порывался подойти. Это было видно по его «случайным» прохождениям в конце коридора, долгим взглядам, что он бросал на нас в столовой, думая, что этого никто не заметит, наконец, просто по докладам Рейтара, что обеспечил наблюдение за окрестностями и раза три засекал появление парня поблизости, однако… Рядом с Вилл постоянно был я, а сама девочка его демонстративно не замечала либо смотрела осуждающе-жалостливым взглядом, пока он не видит. В результате, решимости у него так и не хватило.
Что до наших отношений с Рыжиком… Они замерли в странном равновесии, почему-то вызывающем ассоциации с рыбной ловлей. Ну знаете, тот самый момент, когда поплавок начал подрагивать, а ты затаил дыхание и боишься шелохнуться, чтобы не спугнуть. Так вот, это состояние испытывали мы оба, хотя каждый по-своему.
Я дураком не был и все признаки того, что девушка начала на меня смотреть не только как на ходячую вешалку для одежды, разглядел. Сложно не разглядеть, когда та сперва минут десять пялится на тебя, откровенно раздевая взглядом, а потом, спохватившись, краснеет как помидор и уносится в ванную комнату остужаться. Однако форсировать события я не спешил, даже чуточку снизив уровень уже ставших привычными знаков внимания. Не хотелось всё запороть, нарвавшись на подозрения, что я пытаюсь воспользоваться её состоянием. Прекрасная половина человечества и так склонна к подозрительности, а уж девочки в её возрасте – это вообще особая тема.