Василий Зайцев уже начал операцию на первом проводить, сунув деревяшку ему в зубы, когда вернулся приведший себя в порядок бывший ханский лекарь. Вдвоём и по два помощника у каждого, быстро справились. Осколки и дробины вынули, рану зашили и забинтовали. Дренаж, наверное, нужен. Может соломинка подойдёт. Боровой хотел подсказать эскулапам, но передумал. Попробовать нужно, но не в полевых же условиях, где столько грязи.
Пока раненых обихаживали, да пока пленников сортировали, прошло часов пять, уже солнце стало клониться к горизонту, а известий от Василия Семёновича все нет. Как и от гарнизона Шацка. Договорились же с князем Серебряным, что тот, если что сразу гонца пошлёт.
Поместное калужское войско возглавлял заместитель Скрябина Яков Степанов сын Стрельцов. К нему Юрий Васильевич и отправился, в очередной раз оглядев небо, и найдя Солнце совсем уж низко над горизонтом, пытающееся ещё и в облака спрятаться.
— Яков Степаныч, бери пять десятков своих поместных и отправляйся к Шацку. Выбери повыносливее лошадок у ногаев. Что-то неспокойно мне. Давно уже князь Серебряный должен был гонца прислать.
Через полчаса вои разобрали коней, которых им подсказали касимовские татары и уехали. А Боровому спокойнее не стало.
Глава 25
Событие семьдесят третье
— Всё! Сапковский! Олег! — не выдержал Юрий Васильевич, когда Солнце полностью за горизонт закатилось. Терминатор так какой-то. Несколько раз Боровой про него читал в Википедии и так и не понял, что это, — седлай любых лошадок и по верхней дороге за засекой поедем к Шацку.
— Княже, ночь скоро! — возопил литвин, потом вспомнил, что с глухим общается. Стал тыкать в горизонт и показывать, как спят люди, обе руки сложив лодочкой и щеку на них взгромоздив. А ведь все этот жест понимают, а Артемий Васильевич ни разу не видел, чтобы так кто-то спал.
Как простой сотник пусть может целого князя остановить? Силой? Ну, это не двадцать первый век. Тут толерантностью и не пахнет. Тут за такую силу, быстро укоротят на голову. Если она тупая, то зачем хозяину? Это не риторический вопрос. Выехали ещё засветло и первое, что Юрию Васильевичу бросилось в глаза — это заросли конопли вдоль дороги. Конопля не дикорос. Это берёза может, где угодно, вырасти, даже на крыше здания, а вот конопля или крапива, где попало, не растут. Это спутники человеков. Выходит, тут раньше деревня была, люди жили. Коноплю вон, выращивали. И где они теперь? Татары с ногаями выловили, убили, сожгли, поработили. А он их раненых лечил. Гуманист хренов. Может, геноцид нужен, а не лечение?
Анекдот про коноплю вспомнился, когда мимо проезжали.
— С одного акра конопли можно произвести больше бумаги, чем с 3−4-х гектаров леса. При этом конопляная бумага не требует отбеливания, не желтеет, она прочнее и долговечней бумаги из древесины.
— У меня друг ментам то же самое говорил, всё равно посадили.
(1 акр — 4 046,86 кв. м. то есть 0.4 га)
А ведь хорошая мысль. Нужно, как вернётся в Москву или Кондырево, попробовать. Бумага нужна. Он её эвон сколько тратит, а она не дешева.
Стемнело намного раньше, чем они добрались до крепости. Вроде двенадцать вёрст, а ехали уже чуть не два часа. И на вопрос, когда же наконец? Олег изобразил рукой как змея ползёт. Точно. Это с той стороны засеки дорога почти прямая теперь. А тут она вихляла, как будто в доску пьяный кучер её прокладывал. На самом деле дорога огибала кучу холмов и объезжала овраги.
Прибыли в полной темноте. Зато крепость издали видна, на башнях стоят жаровни с кострами, нет, ядра не калят. Пытаются осветить стену, чтобы кто особо ловкий не попытался забраться. Высота стены около трёх — трёх с половиной метров и бросить верёвку на колья, а потом по ней забраться любой степняк сможет… Наверное. Пацаны у Борового этот трюк по нескольку раз в день на тренировках отрабатывают, и при этом на гораздо большую высоту. Тренировочная стена в Кондырево — шесть метров.
Из ворот, едва туда подъехал отряд, выскочил, едва щёлка появилась узкая, знакомый Юрию Васильевичу Ерофей Костров — сотник поместного войска.
Он был старшим у того отряда, что утром уехал догонять оторвавшийся авангард ногайской орды. Спутать Кострова ни с кем не получится. У многих… Ну, хватает воев у которых на лице след от сабли, шрам обычно со лба начинающийся и через переносицу на щёку спускающийся. Есть он и у Ерофея. Вот только у него и второй есть. Первый как у большинства слева на право, рубился с правшой, коих большинство. А второй отзеркаленный справа на лево, видимо, левша попался.