— Хорошая попытка, но слабенькая, — прошептал я ей на ухо.
Я понимал, что дразню опасного зверя, но в то же время не мог удержаться от подобной провокации. Тем более, Елизавета вечно вскипала эмоциями, с трудом удерживая хладнокровие, и я вновь останавливал её, давая ей возможность в полной мере прочувствовать это состояние. Только такой подход в её случае имел результат.
— А если это была лишь часть моего плана? — томно спросила она и тут уже я кубарем полетел вперёд.
Расслабившись, я упустил момент, когда Наумова смогла вывернуться, и теперь я оказался в невыгодном положении. Благо слияние с духом всё так же удерживалось, и ещё во время полёта я успел сориентироваться в пространстве и, оттолкнувшись рукой, занять более выгодное положение.
Правда, тут же пришлось принимать удары руками девушки на блоки, так как сдаваться так просто она не собиралась. Её захватил азарт битвы, но я видел, что пока Лиза контролирует себя, а значит, мы можем продолжать действовать дальше.
Ещё несколько попыток атак и вот она всё же подловила меня, и повалила на землю, чтобы оказаться в следующий миг сверху. Пусть сама Лиза нельзя сказать, что была прямо красоткой, среди аристократок были и более ослепительные представительницы, но вот когда она в таком распалённом от боя виде, моя ученица приобретала удивительную и очень необычную красоту.
В ней словно просыпалась хищница, которая ухватилась за свою добычу, но ещё хочет с ней поиграться, и было в этом что-то очень притягательное, что-то на грани инстинктов, когда голова отключается и ты просто действуешь.
Не знаю, что она хотела сделать дальше, положив свою руку мне на грудь, но в следующий миг мы поменялись местами, и уже я прижимал её к полу, удерживая руки девушки сцепленными выше головы.
Глаза Лизы пылали жёлтым светом, а зрачок стал вертикальным, и тем не менее она на удивление ещё не перешла грань.
— Любишь быть сверху? — провокационно спросила она.
— Лучше бы обратила внимание, что ты уже используешь силу духа, — спокойно посоветовал я ей, отпуская Наумова.
На всякий случай я даже сделал несколько шагов назад, а то вдруг снова набросится.
— Вот ты обломщик, конечно, Соколов, — надулась девушка.
— Не забывай, мы на учёбе, — улыбнулся я. — И не знаю, чего именно ты хотела добиться этим, но нам предстоит повторить так ещё несколько раз, пока ты не закрепишь эффект.
— О, мне это нравится, — приподнявшись на локтях и соблазнительно улыбнувшись, произнесла она.
— Лиза! — страдальчески протянул я. — Хоть ты не начинай!
— Вот. и подразниться совсем нельзя, — недовольно проворчала Наумова, поднимаясь с пола. — Ну, давай повторим, может, хоть в этот раз я уложу тебя на лопатки дольше, чем на пару секунд.
Глава 7
Если началась учёба и можно подумать, что особых забот у меня больше не было, то это большая ошибка.
Пусть я и не был наследником рода, но помимо тех дел, которые на меня перекладывал отец и иногда Евгений, у меня были и заботы о своих людях.
Род — это не только семья, связанная кровными узами, но и множество других людей, которые поддерживают его деятельность. Разумеется, те же воины рода обучаются в наших учебных заведениях и проходят подготовку, которая сплачивает их в боевое братство. Но со временем у большинства из них, даже несмотря на опасность аномалий появляются семьи. Тем более, мы не делаем разницы по полу воина и если кто-то желает нам служить и доказывает всё это делом, проявляя преданность нашим идеалам, то он может добиться очень многого в рамках рода.
Так что в мои обязанности в том числе входило поддержание внутреннего климата внутри нашего отдельного сообщества. Где-то необходимо было отправить слова поздравления, а то и по возможности лично поздравить бойца с праздником. Где-то, наоборот, приходилось говорить печальные известия.
Вот только как бы много времени это ни отнимало, это показывало наше человечное отношение к своим людям, и слуги, и воины рода знали нас в лицо, и понимали, что в любой момент можно обратиться в случае необходимости за помощью.
Да, большая часть дел решалась в рамках взаимодействия слуг, но порой случались и уникальные происшествия, которые так просто было не разобрать. В таком случае представитель рода выступал своего рода судьёй, чтобы привнести окончательное решение.
На удивление, во многих этих вещах мне помогал Седрик. Казалось бы, дух, который раньше находился во тьме духовного мира, не должен так хорошо разбираться в мире людей, но прошло совсем немного времени, как дворецкий стал незаменимым человеком в рамках деятельности поместья.