Раскрыв глаза, я обнаружил себя во всё той же машине, в которой и начал медитировать. Вот только сейчас она располагалась в закрытом гараже, а рядом со мной сидела Светлана, которая даже заснув, продолжала удерживать барьер вокруг меня.
Это же сколько времени прошло?
Получить ответ на собственный вопрос я не успел, так как стоило мне только пошевелиться, как моя слуга открыла глаза.
— Княжич, с вами всё в порядке? — обеспокоенно спросила она, почему-то смотря то на мои руки, то в район шеи.
— Вполне, — улыбнулся я ей и сам заинтересовался тем, что так привлекло её внимание.
Наверное, даже хорошо, что мы находились в закрытом помещении и здесь было темно, иначе многих бы могли смутить ожившие татуировки, которые перемещались по моему телу.
Всё последствия того, что духи поглотили очень большое количество духовных частиц, и пока тоже не могли прийти в норму. Это отражалось на татуировках, как следствие нашей связи друг с другом.
Просто обычное следствие, которое может пугать неподготовленных к подобному зрелищу. Не зря же я их маскировал, чтобы они не настолько привлекали внимания.
— Сколько сейчас времени? — спросил я у неё, ещё чувствуя слабость в теле.
— Два часа ночи, княжич.
— Долго я, конечно, — вздохнул я. — Седрик, можешь провести меня до моей комнаты так, чтобы меня никто не увидел? — обратился я к духу-управляющему.
Забавно было смотреть на удивлённую моим вопросом в пустоту Светлану, но ещё больше она удивилась, когда дверь с моей стороны открылась, и там оказался учтиво склонившийся дворецкий.
— Обеспечу в лучшем виде, мастер.
Глава 2
Благодаря Седрику, я действительно никому не попался на глаза и смог избежать излишних слухов и вопросов. Тут и так они возникнут из-за того, что я оставался всё это время в машине, но задавать вопросы Светлане никто не станет просто потому, что она ничего не расскажет.
Так что, зайдя в свою комнату, я распорядился, чтобы меня никто, кроме личной слуги, не беспокоил, и рухнул на кровать, забывшись сном.
Проснулся я всё ещё в состоянии, будто до этого занимался тяжёлыми тренировками, и сейчас, кажется, болела каждая клеточка тела. Дух и тело взаимосвязаны, и как я развивал душу, так вместе с ней развивалось и тело, чтобы одно могло соответствовать другому.
К сожалению, опять у меня возник перекос в сторону души из-за всей этой духовной энергии, но благодаря такому ударному вливанию духовных частиц, тело тоже будет подстраиваться под эти изменения быстрее. Меня, правда, ждёт несколько не очень приятных дней, но за всё приходится платить.
Рука потянулась за тростью и только потом я сообразил, что её у меня больше нет. Было, конечно, жаль лишаться столь полезного инструмента, да и без неё я хромать будут заметно сильнее, а не как обычно, но свою функцию трость исполнила в полной мере. Она сработала как предохранитель и позволила мне избежать серьёзных повреждений.
С другой стороны, я из возможностей этой трости явно вырос. Тем более, она была сделана другим мастером по моим требованиям, а значит, уже не была в полной мере идеальным для меня инструментом. Просто так выкидывать такой полезный духовный артефакт было просто нерационально, да и пока я развивал душу и тело, она была полезна.
Теперь же можно изготовить новую трость, самостоятельно закладывая в каждый этап все методы духовной гравировки. К тому же теперь я был способен на более тонкие манипуляции с материалом, а значит, и сама трость после моей работы станет более серьёзным духовным артефактом.
Ну а пока хотелось бы просто подняться с кровати.
— Мастер, я бы вам советовал не действовать так быстро, — появился рядом со мной Седрик, который любезно меня поддержал, чтобы я не упал на пол, а то я что-то резко поднялся, что аж в глазах потемнело.
— Ты удивительно заботливый, — хмыкнул я, постепенно справляясь с накатывающей слабостью.
— Я просто выполняю свою работу, — вежливо улыбнулся дворецкий. — Вам что-то ещё нужно, мастер?
— Пока нет, — ответил я, а потом посмотрел на свою грудь и руки, по которым всё так же продолжали перемещаться татуировки. — Хотя… не мог бы ты меня проводить в подвал, чтобы я так же ни на кого не наткнулся.
— Как скажете, мастер, — учтиво поклонился он, открывая передо мной двери.