Я закрыл глаза и в тот же миг ощутил опасность, после чего открыл глаза, уставившись на невозмутимо стоящего Степана.
Снова прикрыл глаза и опять чуйка забила тревогу.
— Степан, — нахмурился я.
— Вы не можете себе позволить такую роскошь, как закрывать глаза во время боя, — развёл руками он.
— И как же мне тогда быть? Где в этом проклятом месте взять тень? — начал раздражаться я.
Степан лишь молча смотрел на меня, даже не пытаясь подсказать. Ну конечно, как всегда, всё сам.
Я поискал глазами хоть какой-то намёк на темноту, но ничего. Асфальт под ногами, почти сливался с зданиями вокруг и лишь еле уловимые линии отделяли одно от другого, возможно, это мой мозг сам их дорисовывал, чтобы сохранить рассудок.
— Ваше тело, — он вытянул руку перед собой, — оно отличается от окружающей реальности.
Я опустил взгляд на свои ладони и с удивлением понял, что они не стали серыми как этот мир, а сохранили естественный цвет.
— Но как? — не сводя от рук поражённого взгляда, спросил я. — Насколько я помню, восприятие цветов зависит от освещения…
На это Степан довольно улыбнулся.
— Погоди… — я ошарашено поднял на него глаза, — как и беляки, я тоже испускаю свет?
— Беляки сильнее, люди в меньшей степени, — кивнул он. — Но все живые существа испускают свет в этом мире.
— Все? — я удивлённо посмотрел на Степана, который не светился.
Степан лишь улыбнулся и промолчал.
Что ж, если он столько жил в тени, то наверняка научился маскироваться. Вот бы и мне так научиться.
— Тогда тень… — я начал яростно массировать виски, стараясь активировать мыслительный процесс, а после посмотрел на кончики пальцев, до слёз напрягая зрение. Да не, бред же… Хотя… она везде.
После чего я сконцентрировался на кончике пальца, а спустя секунду из него хлынула тьма.
— Именно так. Весь этот мир плотная тень, даже воздух, поэтому свет не может её преодолеть, а насыщенная тьма образуется по контуру тела, — проговорил Степан.
— Я не понимаю физики всего этого, но с этим можно работать, — довольно кивнул я. — А теперь, — я снова поморщился от множественных ушибов, — мне нужно поработать тёмным лекарем.
Поняв, что тень теперь буквально окутывает меня, я прислушался к внутреннему голосу, тому, что отвечает за освоение магии, и представил, как вся кожа вмиг почернела, а потом тьма впиталась в тело, и стало легче. Боль тут же растаяла, а на её место пришла бодрость.
В который раз убеждаюсь, что в магии без образования делать нечего. Любого сильного одарённого, действующего на одной интуиции, уделает более слабый, но умелый. Как говорил мой сенсей по джиу-джитсу: «в любом сражении прежде всего нужна голова, а потом уже мышцы».
— Вот сейчас можно начать обучать вас премудростям тени, — белозубо ухмыльнулся Степан.
— Я готов, — улыбнулся я в ответ.
Обучение шло экстремально. Степан показывал, к примеру, как сформировать копьё тьмы, при этом указывая на необходимую плотность энергии, которая определялась по оттенкам чёрного, от светлой, она же слабая, до эссенции, самой сильной. Последняя, к слову, у меня никак не получалась, но я не унывал, а продолжал осваивать навыки и хитрости, особенно много было связано с перемещением. По словам Степана, благодаря «покрову тени», как он назвал тьму, что окутывала тело слоем в волос толщиной, если не меньше, в этом мире можно даже летать.
Но для этого требовался запредельный уровень контроля силы и полная адаптация к окружающей серости. Ни первого, ни второго у меня не было, но какие мои годы! Путь осилит идущий, а в моём случае, скачущий галопом, от того, что время безжалостно утекало сквозь пальцы. Скоро начало учёбы, а ещё проблемы с государством и боярами, которым придётся не по душе моё становление князем. И не просто князем, а правителем волшебной территории, что по факту является аналогом месторождения нефти в моём мире, только здесь вместо чёрного золота — волшебные ингредиенты и артефакты.
Так вот, каждый раз, когда Степан обучал меня чему-то новому, то мы обязательно это испытывали на практике, и обязательно в экстремальных условиях, будь то боевой шар тьмы или способ передвижения «мерцание шагов», где мне приходилось переходить то в реальность, то снова в тень, ежесекундно мелькая в обоих измерениях.
В обоих вариантах мне приходилось рисковать жизнью, используя лишь только что изученный навык. Степан стрелял по мне чёрными пулями, которые не были столь же быстрыми как от огнестрела, но от этого не становилось легче. Дважды я поймал такой заряд, после чего некоторое время рычал от боли, пока тьма исцеляла.