Зажимая ярко алую кровь, что пыталась выбраться из моего бедра, я думал о том, что сейчас я тоже в некоторой степени тень, и именно из-за этого тьма способна вылечить меня здесь. Как сказал Степан, в цветном мире это невозможно.
Когда до сентябрьской линейки остался один день, я вновь отправился к тому месту, где кишели беляки и меня ждал артефакт, усиливающий аспекты. И конечно, добыча из самих белых тварей. Время прокачать свой аспект тьмы!
— Царе… — Степан запнулся, видимо в его голове обращаться к потомку своего императора как-то иначе звучало кощунством, но Степан усиленно боролся с собой: — Алексей Николаевич, я не уверен, что вы готовы идти туда, — он кивнул на забор. — Вы, конечно, кое-чему научились, но «беляки» рождаются в тени, даже мне с ними туго.
— Я справлюсь, — решительно произнёс я, не сводя глаз с вражеской территории.
В этот момент вдали раздался знакомый странный рёв.
— Второй раунд, — оскалился я. — Только в этот раз я готов.
Сделав глубокий вдох, я шагнул в тень и неспеша двинулся к забору.
Степану я запретил следовать за мной и спасать в случае опасности. С одной стороны, я не хотел, чтобы кто-то решал за меня мои проблемы. А с другой, у меня нет иного пути: либо я из этой передряги выйду победителем и с добычей, либо умру, третьего не дано. Всё остальное — полумеры, а это как известно всегда слабость, что не имеет смысла для достижения моей цели.
Иногда я ловил себя на мысли, что мог бы как-то попридержать коней, но тут же отметал её. Если у меня отобрали шанс стать самым лучшим полицейским в моём мире, то в этот раз я приложу все усилия и добьюсь своего.
Преодолев забор, что развеялся передо мной словно дым, я перебирал в голове все свои возможности в тени, а было их не так уж и много, как хотелось бы. Как сказал Степан: «Нужны годы для постижения всех тонкостей и ежедневные занятия в теневом измерении».
Всё это он говорил с лёгким смущением на лице, нервно поправляя рубаху.
Кстати, об этом. В цветном мире Степан щеголял в выданной мной одежде. Но когда он перемещался в тень, то на нём была либо кольчуга, либо чёрная сорочка без воротника и той же расцветки широкие штаны, или как их называли, шаровары, из какой-то лёгкой ткани. А на ногах были тёмные сапоги. Эдакий Зорро, которому не хватало плаща, маски и шляпы со шпагой на боку. Даже удивительно, как одежда преображалась при переходе.
Размышляя о всяком, я шёл в тени по широкой улице, вдоль которой росли различные кусты и декоративные деревья, и прислушивался.
С каждым моим шагом то ли рычание, то ли завывания, всё усиливалось, как и тьма, которую я собирал вокруг себя, превращая в плотный кокон щита.
В какой-то миг на одной из однотонных стен сгустилась чернота и из неё выпрыгнуло нечто. Ослепительно белое на шести конечностях-ходулях, которые более всего походили на широкие кухонные ножи, и с лишённой волос продолговатой словно дыня безносой и безглазой башкой.
Я остановился, с любопытством разглядывая тварь, и попытался припомнить фильм ужасов, где мог видеть подобное, но тщетно.
Тем временем чудовище раскрыло свою пасть, что буквально разрезала напополам гладкую поверхность безглазого и безносого лица.
Увы и ах, там были не только бритвенно-острые жёлтые зубы, но и жвала, что на десяток сантиметров вылезли вперёд, медленно перебирая в воздухе, словно ища свежее, обязательно человеческое мясо.
Я поморщился от этой картины, и если бы уже не встречался с Марой, то возможно даже опешил. Вот только я видел вещи и похуже.
Одна из конечностей приподнялась и со скоростью пули выстрелила в меня, завязнув защите.
Я, не теряя времени, создал из тьмы косу и со всей силы взмахнул ей. Хоть в тени не работали другие аспекты, но, к счастью, моя коса и пространственный карман были мне доступны. Так же были доступны и микропорталы, правда они требовали огромное количество энергии.
Тварь, разбрызгивая из культи белоснежную светящуюся кровь, истошно заверещала. Так, что у меня заложило уши.
Ещё несколько взмахов и монстр перестал шевелиться, а из его тела вылетела небольшая искорка и зависла передо мной.
Я протянул к ней руку, и она притянулась в ладонь, а тьма вокруг меня будто стала плотнее.
В этот момент вспомнились слова Степана: «Проблема с „беляками“ состоит не в том, что они сильны и умеют использовать тень, а в их количестве».
Как по заказу, со всех сторон начали формироваться черные пятна, и даже у меня под ногами.
Я не стал ждать их появления и рванул вперёд. Улица начала покрываться червоточинами, из которых лезли беляки, порой сразу по паре из одной дыры. К тому же, некоторые сразу атаковали, как это было когда меня спас Степан. В таких случаях меня спасал мой кокон, и реже — реакция.