Всё это он кричал с глазами, полными кровавой яростью. При этом отрезанную конечность так и не отбросил, видимо надеясь в реальном мире приспособить её обратно.
После этого спича Безымянный шагнул в портал, и тот со звоном разбитого стекла закрылся.
Воздух загудел, и в нём начали появляться трещины. Да такие, сквозь которые можно было разглядеть тёмные силуэты. Казалось, я даже слышал, как они скребутся, в жажде добраться до меня и Зеваны.
Лапа тоже не бездействовала. Она с шумом поднялась и начала медленно сжиматься в монструозный кулак. Вот только проблема, как выяснилось спустя мгновение, была не в результате, а в самом жесте.
Свет, который в этом месте лился непонятно откуда, начал втягиваться в мощные когти, отчего те стали светится всё ярче и ярче, а вот реальность вокруг словно умирала, теряя краски.
Чем-то это напомнило мне серый мир тени, но там не накатывало ощущение отчаяния и безысходности, а здесь внезапно захотелось выть от тоски. Словно пустота внутри поселилась.
Ноги сами по себе подогнулись, и по телу пробежала дрожь. Меч выпал из ослабевших рук, а в горле возник ком.
Тем временем рука чудовища окончательно забрала последние оттенки жизни из мира, сжавшись в громадный кулак.
Пространство, словно живое сердце, дрогнуло. Рядом, буквально в нескольких сантиметрах от меня, заскулила волчица.
Я повернул к ней голову и увидел, как один её глаз приоткрылся. Ставший привычным за срок нашего знакомства янтарь, посмотрел на меня. И было в этом взгляде столько всего: надежда, тоска, радость, злость.
Сам не заметил как я поднялся на ноги и преградил путь монстру. Какой-то инстинкт заставил тело двигаться, а разум заостриться.
«Нужно спасти Зевану. Любой ценой. Я ей должен жизнь», — пронеслось в голове.
Новые чудовища начали просачиваться в реальность, а я до сих не придумал, как именно выйти из этой ситуации победителем.
Я опустил взгляд на клинок, между языками которого светился жезл стихий, после чего выдохнув, присел рядом с пушистым телом зелёной волчицы и положил руку на беспокойно вздымающийся бок.
«Сегодня Волкодав станет спасителем одной конкретной волчицы», — пронеслось неуместное в голове, после чего я расплёл жезл стихий и направил всю энергию из сердца в клинок. При этом я чётко осознавал конечную точку и результат своего действия: «Мы должны были оказаться в лесу, где сейчас находилось тело моей жены».
Реальность вокруг снова ускорилась, обратившись в смазанный фон, и лишь мы с Зеваной остались нетронутыми этой аномалией.
Я прислушался к внутреннему голосу и в какой-то миг отпустил тело супруги, после чего остался совершенно один. Зевана вернулась в реальный мир. А у меня здесь ещё было дело.
Попытавшись снова создать жезл стихий, я поморщился. Ничего не получалось. Наверное, после всех перипетий этого дня, тело всё-таки сжалось, словно парализованная конечность, которой плевать на волю и желания своего хозяина.
Я огляделся. Лишь бесконечные цветные смазанные картинки и ничего больше.
Ничего. Я сильнее своего тела!
Выдохнув, я снова потянул нити волшебства.
Император Российский обедал. В его плотном графике, где ему постоянно не хватало времени, он никогда не пренебрегал двумя вещами: приёмы пищи и общение с семьёй, которые по обыкновению всегда совмещались и занимали в общей сложности около часа в день.
К сожалению, сон не входил в обязательный список, поэтому частенько ментальный аспект совместно с магией жизни держали его в сознании, когда приходилось неделями не то что не касаться подушки, но даже элементарно подремать в рабочем кресле.
Император сам загнал себя в такое положение из-за того, что не умел толком делегировать и множество важнейших для государства задач брал на себя лично.
От этих мыслей государь поморщился. Ведь его с раннего детства, как и Алексея, готовили к роли правителя, но… когда он видел несправедливость, которой в мире было с избытком, или понимал, что справится лучше, то не мог себя сдерживать.
Алексей… его сын, или тот, кто себя за него выдаёт, сидел сейчас за столом в окружении весело щебечущих сестёр и с нежностью улыбающейся матери-императрицы.
— Сын, — обратился к нему император, сделав тон как можно мягче, — как твои успехи в овладении аспектов?
Конечно, к Алексею были приставлены два теневика, которые посменно следили за ним, не упуская его из виду ни на миг. Вот только есть такие способы магической связи, которые просто невозможно отследить. Такие, как сновидец. И тут уже нужен профессиональный сновидец или сильный менталист. Первых уже столетиями никто не видел, с тех пор как ушли боги, а вот вторые…