Посовещавшись со своими, мы — я, Забава, Лара и Тихомир — выдвинулись обратно к обрыву на Засеке. Спустились вниз по известным только им тропкам. Лара, как опытная охотница, быстро разделала тушу гигантской волчицы, и мы, прихватив «трофеи», вернулись на Торговый пост, который, как я и предполагал, был пуст. Ни единой души.
Зато теперь каждый путник, что проходил мимо, видел бы наглядное доказательство того, что с местными хищниками у нас разговор короткий. Голова гигантской волчицы, насаженная на несколько толстых бревен, вкопанных в землю, — зрелище впечатляющее. Такое не проигнорируешь.
Кто именно ее прикончил — дело десятое. Главное, что сигнал подан, и его поймет любой путник, а они рано или поздно здесь появятся. Я не собирался трубить о своей «победе». Это была смесь удачи, грамотного расчета и, конечно, поддержки членов моего поселения, в том числе девушек.
Кстати, о девушках…
— Слушай, Юлиан, — начал я, обернувшись к нему. — Есть разговор. Забава и Лара мои жены, ты уже в курсе. Как ты отнесешься к тому, если я попрошу у тебя в жены Стефанию, отдашь?
Я спокойно ждал его реакции. Так как раньше в своем мире с таким не сталкивался, то целую неделю этот вопрос обдумывал, разные варианты прикидывал. А он… ноль эмоций. Просто продолжал смотреть на забор, будто я погоду с ним обсуждаю. Лицо спокойное, ни один мускул не дрогнул.
— А Стефания что по этому поводу думает? — наконец спросил он, не отрываясь от созерцания частокола. — Она ведь не вещь, которую можно передать из рук в руки.
— Это я понимаю, — ответил ему. — Она девушка самостоятельная, с характером. Мы с ней уже этот момент уже обсудили. Она согласна.
— Тогда к чему вопросы? Ты Князь. Тебе решать.
— Понимаешь, не могу я так. Там, откуда я родом, есть определенные традиции. Мужчина, имеющий серьезные намерения, должен заручиться согласием отца девушки или её родных.
— Ты — Князь Поселения Волот. Тебе не нужно ни у кого спрашивать разрешения.
— Тем не менее, твое мнение для меня важно. Я хочу убедиться, что ты не против.
Юлиан наконец улыбнулся. Не широко, но искренне.
— С тех пор, как я тебя встретил, ты показал себя человеком с сильным духом, храбрым сердцем и невероятным трудолюбием. А главное, ты заботишься о своих людях. Уверен, Стефания будет с тобой счастлива. И я за вас тоже.
Ну вот и славно. Будто камень с души снял.
Мы закончили работу и остаток дня наслаждались хорошей погодой. Я и мои люди обходили наши владения, проверяли запасы. Вода была, крыша над головой имелась, еды хватало. Жизнь налаживалась.
Планировали очередную вылазку в Бухту Буеграда, пока Торговый пост снова не ожил. Это, по моим расчетам, должно было произойти в ближайшие недели, если не дни.
Теперь, когда непосредственная угроза миновала, лес вокруг утих, а оборонительные сооружения почти доделаны, у меня в голове роилось столько планов, что и сосчитать было трудно. За последние две недели, с момента моего «приземления» в Полесье, я, конечно, многого добился. Но в глобальном смысле это была лишь верхушка айсберга. Столько всего еще предстояло сделать.
Но это могло и подождать. С наступлением вечера я направился к колодцу. Наполнив несколько ведер водой, я забрался в свою древесную обитель и погрузился в ванну с теплой водой. Расслабление.
Я был не один. Забава, расслабленная и беззаботная, лежала на кровати в одном белье, полностью поглощенная какой-то книгой.
— Что читаешь? — спросил я, отмокая.
— Приключенческий роман, — ответила она, не отрываясь. — Стефания дала. Книги здесь редкость, так что любая новая уже удовольствие.
— Когда-нибудь мы построим целую библиотеку, — сказал я, откидываясь в воде. — Будем скупать каждую книгу, что попадется на глаза, и заполним ими все полки.
Забава подняла глаза от книги и улыбнулась. Отложив чтиво в сторону, она подошла к ванне, опустилась рядом и положила голову на руки, уперевшись в край.
— Ты освобождаешь людей из клеток, Князь.
— Пока что только тебя, Тихомира и Росьяну… Ну и тех бедолаг в пещере у залива… Но это не основное мое занятие, можешь считать что это хобби, — попытался разрядить я атмосферу.
— Ты освободил меня не из одной клетки. Многие князья даже не позволяют своим людям читать. Мой не позволял. Мне пришлось учиться самой, тайком.
— Серьезно?
— Да. Я на самом деле скучаю по своим сородичам. Каждую ночь о них думаю…
— Я же тебе говорил, — сказал, дотронувшись до её щеки и поцеловав. — Если мы когда-нибудь найдем кого-нибудь из твоих людей в цепях, я их освобожу. А тех, кто держит их в плену, прикончу. Обещаю.