— Безусловно, — согласился с ними. — Об этом я уже думал. Новые люди нужны, это факт. Но пока придется справляться своими силами. А пока выкорчуйте большую часть оставшейся кукурузы, она не слишком доходна, и посадите морковь и картофель. Так мы сможем увеличить нашу прибыль с наименьшими трудозатратами. Просто делайте, что можете. Я не требую невозможного. Понимаю, что вы не железные.
Я кивнул им на прощание, собираясь уходить, но они снова обменялись задумчивыми взглядами. Что-то еще?
— Что-то не так? Можете говорить, что бы это ни было, — я ободряюще посмотрел на них. — Я же не кусаюсь. Обычно.
Они оба нервно рассмеялись, и Росьяна покраснела.
— Есть еще одна причина, по которой нам нужна дополнительная помощь в выращивании урожая, Князь, — начала Росьяна, зардевшись еще сильнее и опуская глаза. — Я… я беременна.
— Правда? Ого! — я искренне обрадовался, эта новость была как луч солнца после долгой бури. — Это же замечательная новость! Первый ребенок в нашем поселении!
Я подошел к Тихомиру и дружески хлопнул его по плечу.
— Молодец! — сказал я, глядя в его счастливые глаза. — Будешь отличным отцом.
Лицо Тихомира расплылось в счастливой улыбке. Он был худощавым, обычным на вид мужчиной, но от избытка чувств в его движениях чувствовалась непривычная энергия. Похоже, он был на седьмом небе от счастья.
Повернувшись к Росьяне, я мягко коснулся ее руки.
— И тебе мои поздравления, — сказал с теплотой. — Ты подаришь нашему поселению самый ценный дар. Новую жизнь.
Черт, такие моменты действительно сближают и показывают, что все наши усилия не напрасны. Мы строим не просто поселение, а будущее.
— На каком ты сроке? — спросил я у Росьяны. Она просто светилась от счастья, ее глаза сияли.
— Приблизительно три недели, а это значит, всего три месяца до того, как нас станет трое, — она с нежностью погладила свой еще плоский живот.
— Три месяца? Как… Как это работает? — я удивленно поднял брови. — У вас тут все как-то… ускоренно. Беременность всего три с небольшим месяца? Просто фантастика.
— Да. Видимо в местах откуда вы пришли для беременности установлены другие сроки, но для нас, как и всех коренных народов Полесья, три месяца это обычная продолжительность для беременности, — пояснила Росьяна с улыбкой. — Природа здесь щедра и благосклонна к продолжению рода.
— Мне больше ничего знать не нужно, — рассмеялся, поднимая руки. Их слегка хипповская натура и открытость наводили на мысль, что я рискую услышать гораздо больше подробностей, чем мне хотелось об этом знать. — Ладно, с этого момента никакого тяжелого труда для тебя, Росьяна. Уверен, твой муж будет более чем рад поработать за двоих. А ты отдыхай и набирайся сил. Ребенок должен родиться здоровым.
— Я ценю вашу заботу, Князь, — она с благодарностью посмотрела на меня. — Но взращивание земли это мое призвание. Это то же самое, что я собираюсь передать своему ребенку. Не могу же я просто целый день сидеть сложа руки и скучать. Я буду помогать Тихомиру, в меру своих сил, не волнуйтесь.
— Хорошо, но без фанатизма. Как я уже сказал, давайте сосредоточимся на высокоурожайных и менее трудозатратных культурах. Теперь мы отказываемся от кукурузы. Она требует слишком много сил и ухода. В ближайшие несколько дней устроим специальный ужин, чтобы отпраздновать вашу замечательную новость. Всё поселение. Заслужило немного радости.
— Мы были бы очень рады, Князь, — просияли они.
— Отлично. А сейчас мне действительно нужно поспать. Я просто валюсь с ног и едва соображаю.
К тому времени, как я, пошатываясь, вернулся в домик на дереве, усталость окончательно настигла меня. Стефания, видимо, услышав мои шаги, появилась на поляне и бросилась ко мне, но остановилась в нескольких метрах, заметив мой изможденный вид.
— Князь… Вы нехорошо выглядите, — обеспокоенно сказала она, ее брови сошлись на переносице. — Что случилось? Вы ранены?
— Я в порядке, — решительно ответил ей, хотя ноги уже подкашивались, и мир плыл перед глазами. — Мне просто нужно отдохнуть. Очень сильно отдохнуть. Пара часов сна, и буду как новенький. Ну, или почти.
Стефания молча, но решительно взяла меня под руку и проводила к нашей кровати. Я был безмерно благодарен своей красавице жене за эту молчаливую поддержку и заботу. Иногда слова бывают излишни.
Я перевернулся на спину и взглянул на бочку. Иляна спала в воде, ее голова покоилась на краю, а длинные темные волосы рассыпались по поверхности. Она выглядела такой безмятежной и умиротворенной.