Разобравшись с Прохором, мое внимание переключилось на истинную причину нашего здесь пребывания. Я извлек из инвентаря грамоту, и иы вчетвером склонились над пергаментом.
«Бастион» — Грамота о Владении
Право собственности на судно «Бастион», пришвартованное в Бухте Буеграда на момент составления сего документа, настоящим передаётся Князю Василию из Поселения Волоты.
— Бастион, — прочитала Лара. — Ты ведь знаешь, что означает это слово, верно?
— Крепость, — ответил Кузьма, — нечто сильное и могущественное.
— Ну что? Посмотрим, насколько эта посудина оправдает своё громкое имя? — я окинул взглядом разномастную флотилию в бухте. Большинство были видавшие виды рабочие лошадки. На их фоне название «Бастион» звучало вызывающе.
Мы осматривали корабли, пересекая пристань, читая названия: «Монарх», «Парфянин», «Сапсан Галера»… Каждый раз, когда в поле зрения попадал корабль приличных размеров, мелькала надежда, что это «Бастион», но каждый раз предположение оказывалось неудачным. Так продолжалось до самого края бухты.
Кузьма пробежал вперёд, резко остановился и замахал нам.
— Вот он!
Мы с девушками поспешили к нему.
Стоило увидеть новый корабль, как сердце пропустило удар. Вот он, первый собственный корабль. Не утлый чёлн, а полноценное судно. Пусть не флагман, но для начала более чем достойно.
Это была каравелла, тип парусного судна, смутно знакомый по старым книгам и фильмам. Такие чаще использовали для исследовательских экспедиций. Относительно скромные размеры и внушительные паруса намекали на хорошую скорость. Палуба была потёрта, кое-где виднелись свежие заплаты, но в целом судно выглядело крепким.
— Немного староват, — вырвалось само собой, — Но когда достаётся бесплатно, жаловаться не приходится. Главное, чтобы не развалился на первой же серьёзной волне. В общем, лезем смотреть, что нам подсунули солнцепоклонники.
Кузьма отправился парковать лошадей и телегу к гоблину-конюху, а мы с жёнами поднялись на борт. «Бастион» был крепко пришвартован. Ряд деревянных планок, выступающих из корпуса, служил лестницей.
Пришлось подтягиваться, перебирая перекладины. Добравшись до ограждения, тело перевалилось через него на палубу.
Насколько можно было судить, всё выглядело исправным. Познаний в мореходстве было немного, но судно не тонуло — по крайней мере, пока. К счастью, на левом борту в раме была установлена маленькая деревянная шлюпка. Надеюсь, она не понадобится.
— Что думаете? — повернулся я к Ларе и Иляне, когда они грациозно приземлились на палубу.
— Требует небольшой доработки, — сказала Лара, — но думаю, мы справимся. Итак, какой план, отплываем в закат навстречу жизни, полной выпивки и разврата?
— Может, когда-нибудь, — улыбнулся я. — А пока что нужно расширять наше влияние. Использовать его для транспортировки товаров вниз по реке другим поселениям.
— Я так давно хотела вернуться в воду, — сказала Иляна, подходя к борту и глядя в воду бухты.
— Ты хотела вернуться в неё? — рассмеялась Лара. — Ты только и делаешь, что купаешься.
— Это будет не купание, — с притворной серьёзностью сказала Иляна. — Реки нужно нанести на карту, как сказал наш муж, не так ли, Василий?
— Именно так, моя русалка. Карта — это глаза нашего поселения. Чем точнее она будет, тем безопаснее торговые пути.
— Это правда, — согласилась Лара. — Речная система Полесья обширна, и мы не можем рисковать нападением извне.
— Верно. Атаман Григ сказал, что риск не слишком велик, но в отдалённых районах можно столкнуться с неприятностями, как в Топи Забвения. Нам нужно знать, что безопасно, а что нет.
Я оперся рукой о штурвал. Окинул взглядом всё судно. Другие корабли в доке могли быть больше, но это было только начало. Этот «Бастион» станет первым камнем в фундаменте речной флотилии.
— Давай посмотрим, что там внизу, — донеслось с палубы.
Лара склонилась над люком в центре главной палубы. Провела пальцами по крышке, затем с усилием открыла её, обнажив лестницу в трюм.
— Как думаешь, что там? — спросила нимфа. — Может, ещё какие-нибудь подарки?
— Интересно, чем ещё нас эти солнцепоклонники удивят? — пробормотал я, спускаясь на палубу и всматриваясь в темноту.
Вниз по ступеням в трюм, сапоги гулко стучали по деревянным доскам. Пространство было завалено бочками, ящиками и старыми сундуками. Несмотря на хорошее состояние, если не считать паутины и пыли, «Бастион» выглядел так, будто им давно не пользовались.