– Правда? – удивился я.
– Конечно! Мне нравится процесс, а еще больше мне нравится видеть довольные лица накормленных мною людей.
– Даже так?! – я уставился на девочку, еще раз обратив внимание на показатель готовки. – Ты умница! Кстати, когда поедем к братьям твоим?
– Не знаю, – поникла она. – Если честно, то я боюсь. Вдруг они не захотят меня видеть?
– Это еще почему? Ты же говорила, что у вас прекрасные отношения.
– Ну да, хорошие… А вдруг родители им наговорили гадостей про меня?
– Не расстраивайся, – добродушно улыбнулся я. – Ты сама себя накручиваешь.
– Наверное, – вздохнула она. – А когда Клаус приедет?
– По идее, должен уже приехать, – я посмотрел на небо. – Солнце уже заходит.
– Может быть, он забыл? – предположила она.
– Скорее всего, просто занят. У него работы много, – пояснил я, прекрасно понимая, что он не мог просто так проигнорировать меня. А раз он не приехал, значит, что-то случилось. – Обязательно приедет!
Прошел еще день, потом второй, а Клауса все нет. Возможно, ему неудобно появляться без денег? Нет, сомнительно. К тому же я сказал, что денег мне не надо. Странно это все.
Ночью мне не спалось, ворочался, крутился, а в голове блуждали неприятные мысли. Выйди на улицу, уселся на крыльцо, уставившись на город вдалеке. Луна ярко освещала все вокруг, отражаясь от белых городских стен, будто подсвечивая этот рассадник алчности и несправедливости. Шорох, выбившийся из симфонии ночных звуков, привлек мое внимание, неподалеку в кустах лежал большой белый волк, тот самый, который не так давно лишился стаи и теперь периодически ошивался возле дома. Сначала я думал, что этот Тузик пытается мне отомстить, но никакой агрессии он не проявлял, убегая каждый раз, как наши взгляды встречались. Я давно махнул на него рукой, полностью поверив в его безобидность.
Волчара вскочил на ноги и ощетинился, обнажив здоровенные клыки. Он рычал, из его пасти капала слюна. Шаг за шагом зверь приближался к нашей калитке. Странно было то, что рычал он не на меня, а на кого-то в темноте, прикрывая собой вход в дом, будто стараясь защитить его обитателей. Я чувствовал, как в звере нарастает ярость, зарычав в очередной раз, он присел, готовясь ринуться в атаку…
– Тузик! – окликнул я волка. – Ну-ка фу! – и подошел к животине, которая тут же затихла, виновато посмотрела на меня, поджав хвост. – Молодец! – похвалил я собачку, потрепав его за ухом. – Кто там?
Собачка, которая была выше моего пояса, заскулила, показывая направление, откуда должен появиться непрошенный гость. Я его не боялся, чутье молчало. Похоже, после той мясорубки белый волк признал меня хозяином, предпочтя служить, чем враждовать. Вот умница!
– Кто там?! – закричал я в темноту. – Выходи… Пока на фарш не пустил!
Метрах в ста из-за дерева вышел силуэт и неровной, деревянной походкой направился в нашу сторону. Волк больше не рычал, но все его внимание было приковано к приближающейся фигуре. Казалось, будто одно неверное движение, и он тут же кинется в бой, готовый разорвать любого. На всякий случай, еще раз погладил лохматого, от греха подальше.
В свете луны я смог разглядеть, что человек женского пола, об этом свидетельствовало длинное платье. Она была невысокого роста, худощавой… Чего?!
– Мария?! – громко спросил я.
– Д-да! – ответил голос из полутьмы. – Простите, что так поздно, но…
– Иди сюда скорее, – я вышел навстречу перепуганной бледной женщине. – Что случилось?
– Случи… – она застыла на полуслове, уставившись на волка. – Это же…
– Это Тузик. Не обращай внимания, – я взял Марию под руку и повел в дом. – Охраняй! – бросил собакевичу, на что тот звонко тявкнул и улегся возле ворот.
– Что случ… – из дома выбежала Элизабет и замерла, разглядывая полуживую Марию и довольного волка, лежащего позади нас.
– Что? Видишь, гости у нас, – пожал я плечами, будто ничего экстраординарного не произошло. – Чаю налей, видишь, Марии не очень хорошо.
Девочка кивнула и юркнула обратно в дом. Я еще раз осмотрел измотанную женщину. Никаких увечий на ней не было, но тем не менее Мария еле переставляла ноги, держась из последних сил. Пока Лиз готовила отвар, я усадил даму на стул, а сам уселся напротив. Всего несколько дней назад она выглядела по-другому. Сейчас же ее бледное лицо украшали мешки под заплаканными глазами, волосы выглядят неряшливо, а одежда помята, будто она в ней спала, причем не одну ночь.