Вторая тварь, поняв, что все не так просто, сделала два шага назад и нанесла удар. Медленный, но мощный! Земля вздыбилась, осыпав меня с ног до головы, хоть я и находился в пяти метрах от эпицентра.
– Большой, тупой, медленный и бестолковый, – дал я свою характеристику и нанес молниеносный удар в область шеи не успевшему разогнуться после своей атаки мутанту.
Обезглавленная туша безвольно рухнула на землю, обильно поливая все вокруг вонючей жижей. «Как же воняет,» – подумал я и обернулся посмотреть, как там отряд будущего царя.
А отряда больше не было! Всех давно вырезали, а мои товарищи молча стояли с открытыми ртами и наблюдали за моим «боем с тенью». Понятно, они изначально не видели мутантов, а с их кончиной магия слетела, обнажив уродливые тела.
– Это что за срань такая? – прикрыв нос рукавом, спросил Маркус.
– Думаю, это то, во что превратили сопротивлявшихся подопытных, – поделился я своими мыслями.
– Похоже на то, – кивнул зеленеющий от тошноты дед.
– Какие же сволочи… – -заскрипел зубами дракула. – Я бы их…
– Этим я сейчас и займусь, – перебил я темного принца, который держал за шкирку другого принца, только «светлого». – Ну, что? Живой? – спросил я обоссавшегося индивида в не сияющих доспехах.
– Д-д-д-да, – не очень гордо ответил наследник Лирона.
– Вот и зря, – я подошёл ближе и заглянул в глаза перепуганного зассанца. – Тебе будет ооочень больно.
– Нет! Прошу! Я принц! Я денег дам! – высочество впало в истерику, обливаясь слезами. – У меня есть все, что только пожелаете!
– Правда? – удивился я. – Ты дашь мне то, чего я желаю?
– Да! Все, что угодно! – бедолага не подозревал, о чем я говорю, и соглашался на все подряд. – Только отпустите!
– Хорошо! – хлопнул я в ладоши, чем сильно удивил присутствующих. – Значит договорились? Я получаю то, что хочу и тебя отпускаю, причем, вполне себе живым.
– Да! – закричало величество. – Я согласен! Только отпустите! Чего вы хотите?!
– Я хочу резать тебя на мелкие лоскуты, – честно признался я, от чего принц побелел, осознав свою ошибку. – Уведите его в камеру. Я им позже займусь.
– Нет! Я не согласен! – продолжало истерить недоразумение в доспехах. – Я не хочу!
Главной проблемой стали тела здоровяков, вонявших на всю округу, и я, на правах высокого начальства, в приказном тоне попросил великого и достопочтенного чародея сжечь все это дерьмо, пока все не задохнулись. Маг отнесся с пониманием, громко матерясь и отплевываясь, и приступил к делу. Я же решил не откладывать важные дела в долгий ящик и направился в камеру, где меня с нетерпением ожидал сыночек лиронского царька.
– Ну что? – величественно посмотрел я на представителя высшей знати, легонько отворив дверь ногой. – Признавайся, сучий сын, кто убил Кеннеди?! А?!
– То не я! – заорал пленник, будто понимая о ком идет речь.
Камеру я покинул уже ближе к вечеру. На улице меня уже ждал Маркус.
– Ну, что он рассказал? – спросил он, покосившись на мои окровавленные руки.
– Ровным счетом ничего, – вздохнул я, усаживаясь на траву. – Он нихрена не знает. Ссылается на папашу.
– Не врет? – на всякий случай поинтересовался дед, усевшись рядом.
– Нет, – ответил я.
– А Лиз ему зачем?
– Увидел в ней потенциал и решил заполучить такой экземпляр, – я не стал вдаваться в подробности, касающиеся ее характеристик. – С разбойниками он тоже не связан лично. Короче говоря, он бесполезная субстанция.
– Я не удивлен, – старец смотрел в небо. – Что дальше будем делать?
– Как что? – хохотнул я. – Я же обещал его вернуть папе, вот и верну.
– А он там… – Маркус посмотрел мне в глаза.
– Жив… Даже здоров. Физически.
– Физически? – переспросил он, не понимая к чему я клоню.
– Он на Геральда стал похож. Сидит, улыбается, раскачивается.
– Так и отправим? – казалось, что старик стал полностью безразличен к данному вопросу.
– Нет, я еще с ним поработаю немного, – я встал на ноги. – Еще пару дней – и домой.
– Не нравится мне все это, – волшебник посмотрел на меня. – Дурно пахнет.
– Да вся ситуация воняет, – отмахнулся я. – То демоны, то Лирон… И нет нам покоя.
– Зато не скучно, – улыбнулся дедушка и направился в гостиницу.
Следующий день я вновь посвятил перевоспитанию молодого господина Августа. Не сказать, что мне это нравилось, да и злость моя давно прошла, когда я понял, что он ничтожество высшей категории, но я продолжал.