Священные реликвии распределили по церквам, и каждая достаточно крупная церковь получила что-то из реликвий. Одна коммуна бедных монахов, живших на подаяния и занимавших разрушенный дом в пригороде Блачерне, ничего не получила. Их аббат отправился к Велизарию и просил его во имя Христа поделиться с ними чем-то, ибо, когда Велизарий был в Африке, монахи молились за него денно и нощно.
Велизарий ему сказал:
— Уважаемый святой отец, ваш орден состоит из бедных братьев, живущих подаяниями и не обращающих внимание на серебро и золото, я не могу вам дать то, что станет отвлекать ваши мысли от религии. Но я вам отдам уникальную реликвию — чашу для подаяний Св. Вартимея (Bartimaeus), которую сам император отдал мне после битв при Дарасе.[89] Вы поставите ее у себя, и она станет вам напоминать об обетах бедности, терпения и чистоты. Помните, что я вам даю ее только временно, потому что не могу быть неблагодарным к Его Величеству. Когда-нибудь эта чаша может мне снова понадобиться.
С тех пор монахам стали посылать продукты, потому что их община стала центром паломничества, став монастырем св. Вартимея.
Что касается скинии, золотого семисвечника, стола и других еврейских сокровищ Юстиниана, удалось уговорить епископа Иерусалима, чтобы Юстиниан возвратил их в этот город. Епископ сказал, что эти реликвии не принесли счастья римлянам, чьи земли были заняты варварами. Вандалам тоже с ними не повезло — Юстиниан разгромил их. Значит, на этих вещах лежит проклятие. Юстиниан отослал реликвии в Иерусалим в то самое здание, где они лежали тысячу лет. Это был храм Соломона, ставший христианской церковью. Как же повезло этим священникам! Иудеи жаловались, что им не вернули их священные реликвии, и предсказали, что христиане вскоре будут изгнаны из Иерусалима. В мое время этого не случилось!
Когда новости о покорении Велизарием Африки достигли персидского двора, король Хосров был поражен и раздражен. Он послал своих людей к Юстиниану и спросил, полушутя и полусерьезно, чтобы ему отдали его долю трофеев из Карфагена. Если бы не мир с Персией, считал он, Юстиниан не смог бы послать войска в Карфаген. Юстиниан сделал вид, что это всего лишь шутка, и послал Хосрову в подарок драгоценный золотой столовый сервиз. Можно сказать, что Вечный Мир все еще оставался в силе.
Наверно, не нужно подробно описывать, как проходило время моей госпожи при дворе после возращения из Карфагена. Она снова прислуживала Теодоре и проводила свободные часы в развлечениях, походах в театр и т. д. Феодосий с ней не расставался, и во дворце много болтали об их дружбе. Велизарий пытался не обращать на это внимания, ведь Феодосий был его крестником. Он хорошо относился к юноше.
Велизарий в это время узнал очень печальные новости: Руфин и Эйган и пятьсот кирасиров, которых он оставил Соломону, были уничтожены маврами. Соломон послал их в глубь страны, в город под названием Королевские источники, что в ста милях от Хадрумета. Они должны были спасти там крестьян, захваченных маврами. Кирасирам удалось выполнить это задание, и они медленно сопровождали крестьян домой, но попали в засаду в узком горном проходе, где их ожидало несколько тысяч мавров. Мавры изрубили всех на мелкие кусочки. Мавры также нападали на Западные районы провинции. Даже Соломону не хватало сил для защиты римских африканцев. Соломон послал вождям мавров протест против подобных нападений, напоминая им, что теперь они являются союзниками Юстиниана и что они в знак своей преданности послали своих детей в Карфаген. Кроме того, им не следует забывать о судьбе вандалов. Мавры посмеялись над этим письмом. В ответе они написали, что их союз с Юстинианом им ничего не дал. Мавры были полигамным племенем, поэтому не очень заботились о детях, которых у них было в избытке! Им были чужды сентиментальные семейные чувства, которые стоили Гейлимеру поражения в двух сражениях и потери королевства. Поражение вандалов было печальным предзнаменованием для римских африканцев, а не для мавров, заявили храбрые мавры и продолжали свои набеги.