Поняв, что затаившихся в окрестных кустах сообщников нет, взмахнул плетью, опоясывая лежащую помеху. И заорал, отгоняя непонятного человека.
Боль, ржание, дикий вопль. Андрей визгнул от пронзительной боли, и уставился на дикое зрелище.
Сразило одеяние грозного путешественника. Словно сошедший с музейного стенда воин, наряженный в кольчугу. Островерхий шлем, и неразборчивая речь, понимания не прибавили.
Андрей, безумными глазами уставился на видение, и раскачиваясь, затянул молитву.
Видя, что встреченный не в себе, охранник опустил камчу и бросил короткую фразу, обращаясь к сидящему на телеге вознице.
Странное дело, водитель кобылы соскочил на траву и подошел к сумасшедшему.
Юродивый? Почто один? Видать с каликами, что давеча встретили, шел. Отстал, поди?
— Божий человек. Никак невозможно бросать. — Он легко поднял ослабшего от переживаний Андрея и подвел к телеге. Подсобил, усаживая между огромных воняющих дегтем, бочонков.
Общались с убогим путники жестами. Покормили, когда остановились на ночлег, пустили поближе к огню. Андрей, хотя и осмотрелся, но так и не сумел понять, отчего взрослые мужики с таким азартом изображают из себя староверов. Однажды ему довелось встретиться с последователями двуперстного крещения, и когда приметил как осенил себя усаживаясь за ужин, старший обозников, то сперва решил, что это старообрядцы, однако те, торговлю не признавали вовсе, а эти ехали, как сумел понять попутчик, на базар.
Все было дико. И речь, и ухватки. Но ломать голову уже не было, ни сил, ни желания. На второй день пути, встретилась ватага из десятка всадников.
Верховые пронеслись мимо съехавших на обочину телег. Странное дело. Спутники соскочили с повозок и склонились в земном поклоне. Разогнули спины, только. Когда вооруженные воины исчезли за клубами дорожной пыли. — Сумбурный рассказ прервался гость начал отчаянно зевать и клевать носом.
— Андрей. Я рад, что ты сумел выжить. — Славка, понимающе кивнул, вспоминая, как сам входил в реальность. Что говорить, понять и принять факт оказалось совсем не просто. Он умышленно оборвал воспоминания Андрея, догадываясь, что окончив рассказ, тот начнет задавать вопросы, не имеющие не только ответов, но и сколько нибудь логичных объяснений.
Уже на следующий день, приодев товарища, повел с собой. Тот, словно нашедшийся щенок, боялся оставаться один. Ходил следом и с интересом разглядывал все вокруг. А вот купец, с потерей холопа не примирился. Мало того, подобрав лазейку к ключнику, подал жалобу на самоуправство. Стараниями неприятеля дело дошло до князя.
— Дурное про тебя слышал. — Хмуро глянул князь на вызванного для спросу ловчего. — Самоуправством холопа отнял.
— Не холоп он. — Отозвался Вячеслав. — Знаю его. У Всеслава его видал, тот ему вольную дал.
Ярополк отмахнулся. — То мне неведомо, а вот купец цену на товар теперь уступить не желает. Не хочу за такую малость убыток терпеть. Вернуть немедля, и смотри, чтоб простил.
Славка лихорадочно искал выход из сложной ситуации. — Ссориться с всесильным правителем не с руки, но и не отдавать же приятеля.
— Правда твоя, князь, — осторожно выбирая слова, склонил он голову. — Только и я не все сказал. Муж сей, не спроста от Всеслава ушел. Дом и хозяйство оставил. Способен в делах торговых сей отрок. Коли его проверишь, сам поймешь. Он тебе куда более пользы может дать. Я за него головой поручусь. — Рискнул Вячеслав.
Вот как? — Удивился Ярополк. — Что-ж. Коль так, пусть цену у того купца собьет. А тогда поглядим. Привез торговец посуду знатную. Ежели в треть цену собьет, то быть по сему. — Оборвал аудиенцию правитель, возвращаясь к прерванным делам.
Видя, что от князя Вячеслав вернулся в раздумчивом настороении, Андрей встревожился.
— Жаловался торговец на меня князю. Но там все не просто. Ярополк на него виды имеет. Короче, нужно что-то делать. — Подвел итог рассказчик. Иначе в бега уходить придется, а мне как-то не хочется.
— Что-ж, конечно было бы интересно поработать с ним, но я ведь даже не знаю местных реалий, какая тут коньюктура, способы ухватки. Андрей озадаченно почесал затылок. — Он меня у тех торговцев дегтем в качестве бонуса взял. Всего неделю, как у него работаю.
Кстати, — Вскинулся Вячеслав, — а за что он тебя метелил?
— Я помочь хотел. На блюде, грязь, не грязь налипла, прямо жуть. Целый десяток таких, порченых. И главное лежат отдельно, не торгуются. Дай думаю, протру. Ан как увидал и в крик. Да палкой.
— Интересное кино. Что за грязь такая? Глянуть бы не мешало. Не люблю я такие загадки.