«Ходи козырем» – донеслось у меня в голове. Я удивлённо повёл головой.
– Ну! Ты х-дить будешь с-ёдня… ик… или мы тут до з-втррашн-го веч-рра сидеть б-дем? – с пьяной туповатостью в голосе поинтересовался Леший.
Я решил довериться «голосу» и пошёл семёркой. Леший с азартом отбился валетом. Я подкинул ещё одного. Козырная десятка от него, и моя последняя карта той же цифры.
– К-как? Этого не м-жет б-быть! – с досадой кинул на стол оставшегося бубнового туза проигравший и тут же рухнул лицом в миску с хреном. Я тоже уснул сидя, положив руки под щёку.
«Ты молодец, Княжич, – донёсся у меня в голове всё тот же властный голос. Я с трудом разлепил веки. Передо мной возвышался… это не старик, хотя густая длинная борода и такие же, цвета молока, волосы, которым не давал упасть на глаза обруч с узором солнца, вызывали сомнения. Длинную белую, узорчатую рубаху подпоясывал широкий пояс. На плечах мужчины пушистая накидка, а на шее золотой медальон, с узором в виде дерева, как у меня. – Справился без кровопролития, к тому же развеселил старика, а то он уже давно маялся без дела. Прими мой подарок».
Беловолосый снял с себя пушистую накидку и накрыл ею меня. По телу разлилось тепло. – «Помни, что Род всегда следит за тобой!»
– Род, – слабо промычал я и провалился в пьяный сон…
– Княжич, вставай, всё сделано, – кто-то усердно тряс меня за плечи. Я совершенно не хотел открывать глаза.
– М… э… мм… хрр, – первые слова, которые мне удалось произнести.
– Ну ладно, не хочешь вставать сам… – голос удалился. – Значит, я тебе в этом помогу, – проговорил кто-то и окатил меня студёной водой. Я вскочил. Отплевался.
– Кхе, кхе, что это? Берёзовый сок? – ответ был неправильный. Мой «будильник» это ни кто иной, как Леший. И вода была самая обыкновенная – ледяная, к моему неудовольствию. Я получше завернулся в накидку… стоп, откуда она взялась?! И тут я вспомнил свой сон… М-да уж, это было взаправду, а я подумал, что от кваса штырить начало. Я вновь плюхнулся на скамью – Что там сделано?
– Бобры приняли стройматериал и уже открыли проход, ушкуйники готовы к отплытию, попросили разбудить тебя – у них не получилось.
– Ладно, – с тяжёлым вздохом я поднялся на ноги, – пошли уж.
Поднимаясь по лестнице на ладью, я решил порадовать лесного духа:
– Леший, держи подарок, спасибо за игру, – и вручил ему диковинную колоду «панк-рок» карт. Глаза старика заблестели, лицо засияло, и, дрожащими руками он принял от меня подарок.
– Княжич… – замялся Хозяин леса, – я сейчас! – с этими словами Леший скрылся в лесной чаще.
– Нам пора отплывать, к обеду надо добраться до Бобров, чтобы к вечеру стоять у врат города, – предупредил меня атаман.
– Подожди… Вон он, несётся!
Запыхавшийся старик остановился на берегу. Отдышавшись, Леший сказал:
– Спасибо за доброту твою, Княжич, прими подарок от лица всего леса! – и протянул мне берестяную флягу. Вот это подарок! – Это – неиссякаемая фляжка наполнена моей берёзовой настойкой на квасе, сколько ни пей, она вновь будет наполнена.
– Очень щедрый подарок, – с улыбкой я принял подарок из рук старика. – Ладно, нам пора. Бывай, Леший.
– Бывай, Княжич, если будет нужна моя помощь, обращайся.
Пожали руки, обнялись. Хозяин леса направил попутный ветер в сторону Бобров, и ладья полетела по голубой глади реки. Леший вместе с обитателями своего леса ещё долго махали нам вслед рукой. Путь прошёл спокойно. Я несколько раз пытался дать попробовать настойку Финисту, но тот напрочь отказался. Я тоже решил не пробовать – мне ещё с Бобрами разговор вести.
По дороге я рассказал атаману о своём сне. Тот по-доброму посмеялся и, положив ладонь на моё плечо, нарёк меня «Говорящим с Богами».
До плотины доплыли к раннему вечеру. Бобры встречали нас с криками «Ура! Да фдравфтвует Княжич! У меня фубы в пятки воткнулифь узе без дерева. Я уз думал грыфть ногти на ногах. А я податьфя в каменьфики». Да уж, изголодались животинки. Приветствовать нашу ватагу вышел сам вождь. Справа от него угрюмо шёл Феодосий. Рядом шествовал Джек, радостно виляя хвостом. Увидев меня, пёс кинулся в мои объятья.
– Да фдравфтвует Княжич! – выкрикнул вождь. За ним повторили остальные. – Твой пёф – великолепное животное! Ф ним так интерефно бефе…
– Гав! – перебил бобра «великолепный пёф», продолжая облизывать мои щёки.
– Фпафибо, Княжич, за доброту твою. Ой, да фто ж это я, забыл предфтавитьфя. Ефпатий, приятно пофнакомитьфя! – протянул лапу бобр.