– Ура! – добавил Добрыня
Толпа подхватила радостные выкрики, и по всему городу раздавались: «Ура! Ура-а!! Ура-а-а-а!!!»
Еле отбившись от поклонников, мы попросили отвести нас к местному властителю, Добрыня предупредил, что Его Величество требует, чтобы его называли царь-батюшка. Мы не против. По пути к «царскому» терему Оля не замолкала ни на минуту. Изливала душу, как было тоскливо без меня, и требовала подробностей о нашем путешествии. С весёлыми разговорами мы добрались до «царского» терема. Это было нечто! Высоченное деревянное здание сказочной архитектуры со сторожевыми башенками, на одной из которых флюгер в виде золотого петушка. Сам терем окружён невысокими деревянными стенами.
Стража покорно раздвинула секиры и впустила нас во двор. Осмотреть его времени не было. Нужно к царю-батюшке заглянуть. Я попросил отвести Джека в гостевую спальню. Пусть отоспится. Внутри терем был также прекрасен, как и снаружи. По полу расстелены бархатные ковры, на стенах красовались картины. Из широкого коридора, по которому нас вели, шли множественные двери и повороты. Поднявшись по высокой лестнице, остановились у изящных дверей тронного зала. Добрыня решил провести инструктаж.
– К повелителю обращаться царь-батюшка, преклониться перед ним и выполнять его прика… ой, просьбы. Всем понятно?
Наша ватага утвердительно кивнула. Двери распахнулись, и мы шагнули внутрь.
– А-фи-геть! – ну зачем я произносил это перед ушкуйниками, как дети малые, всё в рот тащат, хоть молчи рядом с ними. По-моему, перед человеком в высокой должности невежливо выражаться такими просторечными словами.
Но удивление моих друзей можно понять, тронный зал был и вправду, краше некуда. Высокие потолки, разукрашенные стены, в которые проникал через окна лунный свет. Длинный ковер, ведущий до искусно вырезанного из дерева трона.
– Поклон, – прошептал Добрыня, показывая пример.
Да не буду я кланяться до пола! Нашли слугу. Я даже правителя не видел, чтобы кланяться ему. Скромно опустил голову. Ушкуйники последовали моему примеру. Добрыня закатил глаза и тяжело вздохнул.
Перед троном выступил толстый боярин. И противным голосом объявил:
– О верные подданные нашего любимого правителя, преклоните головы пред Его Сиятельством! Ныне вы стоите у ног величайшего государя! Прошу любить и жаловать – Царь-батюшка Всея Руси Святослав Игоревич Первый!!!
Зажглись факелы и золотая люстра на потолке. На троне сидел облачённый в шикарную накидку и кафтан со съезжающей на нос короной «царь».
– Какой-то он… мелкий? – прошептал атаман, обращаясь ко мне.
Я прыснул в кулак.
– Кто посмел смеяться надо мной?! – встал мальчик в княжеских одеждах. – О-о, это и есть тот самый Княжич? Какой-то он… мелкий.
– Сам мелкий, – отрезал я, прежде чем успел подумать.
– !!!
«Царёк» направлялся ко мне, грозно топоча маленькими сапожками. Он был на голову ниже меня. С минуту он прожигал меня яростным взглядом и сопением, но спустя время протянул мне руку.
– Святослав, для друзей Свят. Ты – мой друг?
– Княжич, Ныряющий в Глубину и Говорящий с Богами посланец Меча-Кладенца, для друзей просто Княжич. Друг.
Свят расплылся в улыбке и пригласил всех гостей на пир, с приказом: «пировать до тех пор, покуда мой лучший друг не устанет!». Горница тоже была шикарна, видимо, Свят, не любит мелочиться. Пир так пир! Широкий стол был накрыт с размахом! Чего только здесь не было! Хлеба, мясо оленей, кабанов, перепелов, рыба – от осётра до карася, самые разные овощи. Из напитков квас и кисель. Ну и моя берёзовая настойка. Свят сел во главе стола на большом кресле, меня усадил по правую руку, Добрыню по левую. Рядом со мной уселись ушкуйники. Придворные «царя» по другую сторону. Пир проходил спокойно, пока не подействовал «царский» квас…
– Как-го хрена Княжич ушкуйник?! Он был моим друж-нником им и ост-нется!!! – рычал Добрыня.
– Твоя друж-на даже защит-ть его не смогла, не то, что мои р-бята!!! – с пьяной интонацией парировал атаман.
– Да твои ушк-йники пр-сто кучка р-збойник-в, Княжич забудет всё и б-дет думать только о граб-же!
– ЧТО?! – взорвался атаман и с размаху ударил Добрыню в ухо.
– НАШИХ БЬЮТ!!! – выкрикнул кто-то из дружины богатыря.
Ну вот, а я думал тихий вечер. Полетели столы, лавки, люди, столовые приборы, тарелки, кружки, еда... Свят оттащил меня за опрокинутый стол, там мы уселись на пол. Я достал свою флягу и молча отхлебнул из неё. Протянул Святу. Попробовав, он похвалил напиток и назвал его «эликсиром». Хм, прямо как в книге «Лукоморье». Свят первый начал разговор.
– Слушай, Княжич, ты взаправду Княжич? – спросил он, отхлебнув ещё из фляги.