«Уже наступил сентябрь, – подумалось мне, – а прибыл я в начале августа. Задержался…»
– …Тебя и Джека забрали и отвезли сюда, – продолжал «царь». – Кстати, Кощея там уже не было, сбежал, наверное… Ладно, пора идти на пир, все тебя заждались.
Яга и Свят з стянули меня с кровати, вручили чистую и целую рубашку, Меч и повели по знакомым коридорам. Джек потрусил следом. Последней вышла дочка воеводы. Мои друзья не умолкали ни на минуту, рассказывали о битве, о похищении, о перевозке, о заселении и о многом другом, я почти не слушал.
Новенькие двери распахнулись, открывая взгляду заново отстроенную горницу. Зала была вдвое больше, чем прежде. По горнице свободно ходили Горыныч и Сивка. За о-очень широким столом разместились все мои друзья, сопутствовавшие моему приключению. Все жали мне руку и поздравляли с выздоровлением.
Меня усадили во главе стола на высокий бархатный трон. По правую руку сел Джек, по левую «царь». Яга устроилась рядом с Джеком и Колобком, Оленьку усадили между Святом и Финистом. Рядом с юной колдуньей уместился дед Карп и Леший. С ними бодро беседовал Кривжа. Добрыня сидел в конце стола и разговаривал с прежним атаманом ушкуйников. Остальные места занимало всё Бобровое семейство. На столе стоял горшочек с небольшим растеньицем, с человеческими формами лица.
– Ты кто? – поинтересовался я у растеньица.
– Позвольте представиться – Грушев Эскель Ясеникович.
– Твой папа не Ясень Дубравникович?
– Он самый. Он погиб во время защиты наших яблочных братьев, когда на город напала Охота. Он просил помочь тебе побить свой рекорд по подтягиваниям.
Мне сделалось очень грустно, но эту грусть развеял вскоре подошедший мой большой пушистый друг.
– Хохуля! – выкрикнул я.
– Извиняюсь, – бубнил тот, пролезая между скамей. – Я не сильно опоздал?
– Самое то, – подтвердил Свят, – как раз начинаем.
«Царь» поднялся из-за стола и постучал вилкой по хрустальному бокалу.
– Внимание, внимание все! – гомон сразу стих. – Спасибо. Все вы знаете, зачем я вас здесь собрал. Мы отмечаем грандиозный праздник – День Разгрома Дикой Охоты. Но этого праздника не было бы, если бы не мой лучший друг – Княжич! – море аплодисментов, я вежливо поклонился и продолжил слушать: – Благодаря ему, а также его верному псу Джеку перед вами стоит Великий Князь Союзный! Да-да, когда Княжич изгнал Дикую Охоту, Думинское и Цурковское княжества присягнули мне на вассальную службу. Княжич смог прервать разбой на реках, усмирить мучного грабителя, помочь местной нечисти, освободить удельное княжество и создать более большое и могучее, прогнать завоевателей, разобраться с иноземными чудищами и Кривжей… Ну и обратить в бегство Дикую Охоту! В благодарность я дарую тебе Берёзовское княжество!
– А это где? – недоумённо поинтересовался я.
– Знаешь деревню Берёзки? Ну вот, от Берёзок до Поросёво всё твои земли. Я уже планирую строить тебе терем, с мой величиной…
– Спасибо огромное, царь, да только есть мне, где жить, – я улыбнулся деду и тот засиял от счастья.
– Да будет так! Виват Княжичу! Виват Джеку! Ура героям
– Виват! Ура! Ура! Виват! – кричали мои друзья, а я сидел и смотрел на них – все добрые люди (и не люди), в их глазах читается искренняя верность и готовность стоять насмерть за меня. Я счастлив, что обрел таких соратников.
– Спасибо, друзья, спасибо, – дождавшись тишины, поднялся из-за стола я. – Я рад, что здесь собрались все, кто помог мне в этом нелёгком приключении. Добрыня, Оленька, дружина… Спасибо за то, что поверили мне.
– За тебя! – хором отозвались они.
– Дедушка Карп, за то, что предоставил кров и еду. И за тёплые моменты, – продолжил я. Дед поднял кубок и улыбнулся. – Спасибо и вам, дорогие ушкуйники и Бобры… – Атаман поднял вверх посох, который ему подарили Бобры. – Леший, Свят, Хохуля, Ясень (светлая ему память)… – я долго благодарил всех друзей поочерёдно, но особенно выделил свою команду: – Финист, спасибо за твою отзывчивость и находчивость. Ядвига, за твою верную дружбу и оказанную помощь. Джек, за твою доблестную храбрость и упорство. Горыныч… за тебя!
– За тебя, Княжич!!! – хором отозвались абсолютно все, присутствующие в зале. Эту фразу наверняка услышали за далёкими Морозными горами…
Пир длился несколько дней и ночей. Вино и мёд лились рекой. Я успел лично пообщаться со всеми, с некоторыми по нескольку раз. Все были сыты и довольны, клялись мне в вечной дружбе и верности.
…В одну из тёплых сентябрьских ночей мы с Джеком смогли пробраться сквозь гостей во двор. На небе сияли мириады звёзд, дул лёгкий ветерок, а мы с Джеком сидели на крыльце княжеского терема. Было тихо и хорошо, лишь изнутри доносились песни и голоса, но их приглушали широкие бревенчатые стены.