– Бояре и не должны возмущаться, – вставил я. – Гривны на мою затею будут тратиться не с налогов от Смоленского княжества, а с моих личных доходов, и размещу я полки в Гнёздово, на княжеских землях! Это мои дела и веча не касаются, жителей Смоленска в учебных полках не будет.
– Так-то оно так, но и испуг бояр может пронять от собираемого тобой войска. А если они про свою выгоду прознают, то выгода завсегда может испуг переселить, и в наш с тобой карман больше кун накапает, если в княжеские села свободные смерды общинники побегут. На том и порешим! И не спорь!
– Как повелишь, отец!
– Я так и не понял, чем тебе дружинники не угодили, зачем хочешь их на смердов поменять, от которых одни убытки с учебы будут?
– Сам ведь знаешь, дружинники всегда могут, если им что-то не любо станет, к другому князю уйти. А пешая панцирная рать из простолюдин будет куда как более верна своему князю, просто так из нее уйти нельзя будет, это будет расцениваться как предательство, а за это будет только одно наказание – смерть! – назвал я самую понятную с точки зрения князя причину.
– Лихо! – улыбнулся князь. – То, что жить они у тебя будут в особых хоромах, в казармах, с этим я разобрался. А какой будет срок службы у твоих панцирников, что ты будешь делать со старыми и увечными?
– Срок службы – десять лет. На время службы семья призывника освобождается от всех податей. Пехотинец по возвращении со службы получает во владение земельный надел, а также пожизненно освобождается от всех податей. Увечных, не могущих трудиться на земле, пристраивать к посильной работе. На время обучения воинскому ремеслу денежные выплаты не предусмотрены, но уже с лета командному составу пешцев начнем платить деньги, размеры этих выплат определим позже.
– Что же, деньги у тебя свои появились, так что содержать своих панцирников будешь за свой кошт, у меня на их прокорм не вздумай спрашивать! – князь пригрозил мне указательным пальцем.
– Прокормить сам смогу, а вооружать и облачать начну лишь с весны, как завод пустим.
– С алхимией твоей у тебя лепо, конечно, получилось, – оценил мои торгово-промышленные таланты Изяслав Мстиславич. – Посмотрим, будет ли толк с твоего железоделательного завода.
Князь встал, прошелся по светлице, периодически сам себе хмыкая, потом опять сел.
– Ну ты, сыне, и выдумщик! Мне бы так от болезни рассудком помутиться! – завистливо сказал Изяслав Мстиславич.
– Это как в игре в кости, но только выигрыш здесь один на несколько тысяч, а проигравшие становятся больными на голову.
– Как у тебя только в голове такие мысли родятся?! – задумчиво произнес князь. – Но не о том у нас ныне речь. Давай лучше перейдем к ратному использованию твоего нового чудо-войска. Кроме того, что ты смердов обрядишь в панцири, наверное, удумал еще и порох применять? – спросил Изяслав Мстиславич.
– Пушкари и стрельцы появятся не раньше чем через два года, когда поспеет селитра. Поэтому первое время я буду обходиться привычным холодным оружием. Чтобы было понятней, давай возьмем для примера такую боевую единицу, как батальон…
– Батальон, – хмыкнув, задумчиво проговорил князь. – Батальоны, пикинеры – все названия непонятные.
– Новые войска, отец, оттого и названия им новые надо давать, чтобы путаницы не было.
– Ладно, – махнул рукой князь, – дальше толкуй.
Я взял принесенную с собой восковую табличку и принялся на ней чертить структуру войска для наглядности, при этом комментируя свои линии, точки и другие каракули.
– Батальон для лучшей управляемости делится на продольные шеренги и поперечные ряды. Так вот, – я начал царапать на табличке линии, – батальон будет иметь спереди две шеренги пикинеров, сзади две шеренги пикинеров и по бокам два ряда пикинеров. Всего в батальоне в каждой шеренге будет по двадцать пять человек и, соответственно, в каждом ряду двенадцать человек. Всего в батальоне получается 132 пикинера. А в центре этого квадрата будут стоять стрелки – лучники – 110 человек, арбалетчики – 24 человека и стрельцы – 18 человек. То есть всего ратников 284 человека. Но в этом же квадрате помимо обычных ратников будут присутствовать одни комбат, три ротных, шесть взводных у пикинеров (во взводе 22 пикинера), шесть взводных у лучников (во взводе 18 лучников), три взводных у арбалетчиков и стрельцов, плюс помощники командиров, три знаменосца, три барабанщика, три горниста/трубача, три вестовых. Всего 315 человек.