Собравшиеся заулыбались, почувствовав в княжиче родственную душу.
– Предлагаю вам, уважаемые, создать совместно с СКБ, в складчину, «Ростовщический дом» для краткости именуемый Ростдом. При этом важное условие, у СКБ будет 51 доля Ростдома.
– СКБ? Что это такое? – с подозрением в голосе спросил купец Прокофий Иванович – сын игумена Троицкого монастыря. – И почему у него будет большая часть паев?
Ага! Сама идея создать совместный банк с ходу не отвергается, сразу заинтересовались распределением долей.
– СКБ – это сокращение от «Смоленский княжеский банк». Думаю, вам значение слова «банк» объяснять не надо?
Собравшиеся тихо загомонили.
– СКБ, стало быть, наш князь Изяслав Мстиславич будет владеть?
– Нет, в учредительных документах все паи и имущество банка будут записаны на меня. Вам я предлагаю объединить в одно предприятие, под крышей Ростдома, ваши ростовщические конторы, с их имуществом, а также вместе со всеми их денежными обязательствами и служащими у вас людьми.
Ростовщики слушали затаив дыхание.
– Те из вас, кто имеет ростовщические предприятия за пределами Смоленска, в других городах, могут превратить их в филиалы, то есть в отделения Ростдома, где пятьдесят один процент паев будет контролироваться Ростдомом, и соответственно его пайщики.
– Хитрый ты, княжич, а Ростдом будет контролироваться СКБ, единоличным владельцем которого ты являешься, – сказал, констатируя очевидный всем факт, боярин Глеб Несдинич.
– По сути, ты, княжич, предлагаешь нам передать свои ростовщические предприятия в твои руки! И все это подано под приправой совместного складческого предприятия! – раскусил меня Юрий Захарьевич, который тоже имел родителя из церковно-монастырской среды.
– Все так, я не скрываю! – согласился я, чем вызвал их недоуменные взгляды.
Человека, понимаешь, разоблачили, поймали за руку, а он хоть бы хны, доволен и светится аки новый гривенник.
– Так в чем подвох, княжич, просвети ты нас скудоумных? – настороженно спросил Прокофий Иванович.
– Да, – его поддержали остальные, – какой нам резон отдавать тебе наших же ростовщиков?
– Начнем с того, что не забесплатно отдадите, а за пай Ростдома – главного, самого большого и обширного, со множеством отделений по всему княжеству, а возможно, даже и в других городах Руси – в Киеве, Новгороде, Владимире, Галиче. Отдаете вы свои вшивые конторки в обмен на паи не мне, а потенциально самому мощному ростовщическому предприятию Руси, чем черт не шутит?! – я весело улыбнулся.
Часть наживки ростовщики увидели и, судя по заблестевшим масленым глазенкам, проглотили, значит, надо скормить им и остальные припасы.
– Но это только первая сторона вопроса. Не менее важно будет расширение функций обслуживания клиентов. – Увидев непонимание, попытался разжевать более подробно: – Это как в гостинице, то есть странноприимном доме. С постояльцев – клиентов можно просто взять плату за ночлег, а можно предложить им дополнительные услуги, и большинство клиентов, смею вас уверить, ими воспользуются. Продать клиентам кроме лавки для сна можно еще и много других вещей. Заставить его раскошелиться за обед с ужином, предложить выпить вина, сыграть на деньги в зернь или кости, отдать клиенту за плату на ночь холопку и так далее. Если за дело взяться с головой, что нам дана Богом, чтобы не только в нее есть, но и думать, – присутствующие заухмылялись, оценив шутку, – можно с одного и того же клиента за ночь заработать или веверицу, предложив ему только ночлег, или гривну – предложив ему дополнительные услуги!
Ростовщики внимали каждому моему слову, как откровению свыше.
– То же самое можно придумать и с ростовщическим бизнесом, часть из этих решений повторить кому-то еще будет сложно или невозможно, особенно на территории Смоленского княжества. У меня тут один знакомый вам князь является близким родичем, поможет нам, если что!
Несмотря на витающее в воздухе напряжение, ростовщики весело заржали над моей шуткой. Смех снизил градус напряжения и добавил доверительности нашей беседе.
Первым, отсмеявшись, продолжил прерванный разговор смоленский сорокалетний купец Юрий Захарьевич:
– Интересовался я, как ростовщическое ремесло устроено в заграницах у одного грека-священника, а потом купцы-венецианцы все подтвердили. Так вот, стало мне известно, что папа римский поручил ростовщикам – Уццано, Перуцци и Барди – из Флоренции и Сиены собирать по всей Европе церковную десятину. Денег оттого скопилось у них много, и в итальянской Сиене недавно открыли банк – «Большой банк Бунсиньори». В Генуе почти сто лет назад, когда шла война с басурманами в Северной Африке, на началах товарищества возник Генуэзский общественный банк. И в Генуе налоги стали собирать не в казну, а в банк – так всем удобней! Кроме того, итальянцы ввели в ход векселя – долговые расписки, по которым можно получить деньги у ростовщиков в других городах и странах.