Бояре-купцы несколько минут «погудели», обмениваясь мнением об услышанном когда все успокоились, я продолжил:
– Сам Ростбанк и его отделения тоже должны будут начать выдавать ссуды латунными деньгами населению. Ссуда Ростбанку от СКБ у вас будет пятипроцентная, а населению можно будет выдавать ссуды под залог от шести процентов и до пятидесяти процентов – такой потолок установлен в «Русской правде». Первое время мы будем создавать искусственный дефицит латунной монеты – людям надо будет сборы по закону платить этой монетой, а достать ее будет сложно, поэтому-то они сами будут предпочитать продать свой товар не за серебро, а за латунь, ведь определенную часть пошлин надо будет заплатить именно латунной копейкой. А дефицит этот мы будем с вами вместе регулировать, чтобы первые год-два-три всегда ощущалась нехватка латунной наличности. Поэтому в СКБ нам надо будет назначить ответственного человека за проведение монетарной политики, то есть он или лучше они будут регулировать количество печатающихся латунных денег. Но о лицах, проводящих монетарную политику, мы поговорим попозже, вначале надо принять закон, – сразу обломал чуть было не вспыхнувшие споры за новую, в буквальном смысле денежную должность.
Собравшиеся часок бурлили, задали еще кучу уточняющих вопросов, пока я не услышал сакраментальное:
– Княжич, мы все согласны на латунные деньги, от насто что требуется для ентого?!
– Смоленский князь не возражает против ввода в оборот новых монет, текст закона «О серебряных рублях, латунных копейках и полушках» я уже составил. Осталось принять этот закон и внести изменения в налоговых сборах. Дело осталось за общегородским вечем! Как вы видели, у меня все для начала производства готово, поэтому переговорите с другими боярами и купцами, епископом, убедите их в нужности и полезности новых монет.
Раздалось со всех сторон:
– Обговорим, княжич, будь спокоен!
– Тогда через пять дней Изяслав Мстиславич соберет в своем тереме всех ближних бояр по этому вопросу, а еще через несколько дней вынесет этот вопрос на общегородское вече. И уже с началом осени треть всех княжих налогов будет взиматься только латунной монетой. Текст закона я вам всем раздам – читайте, потом обсудите с князем и меж собой. Мы должны все постараться, объяснить вятшим и мизинным людям города всю выгоду и открывающиеся возможности, чтобы на голосовании нас не прокатили!
– Не сумлевайся, княжич! Примет вече твои новые деньги! Сами спать не будем, всех своих людей подключим, но дело это провернем!
Свой полит-ликбез для пущей важности закончил цитатами из церковных синодальников:
– Как написано в Паралипоменоне, «И утвердил Господь царство в руке его, и давали все Иудеи дары Иосафату, и было у него много богатства и славы». Мы с вами, господа, на верном пути, ведь как сказано еще мудрыми греками: «Почитание Господа и смирение приводит к богатству, чести и истинной жизни».
Собравшиеся толстосумы, с религиозной придурью в голове, одобрили мои слова согласным гулом своих голосов. А через неделю вече приняло новую «харатью», кто бы сомневался!
Пробные партии монет получались качественными – на аверсе обозначался номинал, на реверсе красовался всадник с копьем, гурт имел резцовую насечку, чтобы было сразу видно порченую монету, – так выглядели латунные копейки и серебряные рубли. Копейка весила одну сотую часть рубля – 0,68 грамма. Из стандартного серебряного слитка гривны, весившей 204 грамма, получалось ровно три серебряных рубля, то есть рубль весил 68 граммов. Одна латунная копейка весила 0,68 грамма. Но в одном серебряном рубле было только 10 латунников, и так получалось, что одна латунная копейка (весом 0,68 граммов) по официальному обменному курсу менялась на 6,8 грамма серебра. То есть номинально одна новая латунная копейка приравнивалась без малого к трём старым серебряным ногатам (1 ногата весила 2,5 грамма серебра). Такие обменные курсы были для СКБ крайне выгодны, позволяя банку зарабатывать только на чеканке монет. Серебряных рублей я планировал выпускать по минимуму, основной упор делая именно на латунные копейки. Через два месяца к копейкам добавилась еще более мелкая разменная монета – латунная полушка, весом 0,17 грамма.