У гнёздовского причала нашу ладью встречали всадники – командный состав местных батальонов. Внешний вид их был достаточно колоритен – все ратьеры были в вороненых доспехах и в черных сюрко с желтым крестом.
Спустившись с долгогривого, в яблоках коня, покрытого черной попоной, первым к князю подошел Бронислав – командующий сводным полком пятибатальонного состава.
– Княже, Изяслав Мстиславич! – поклонился полковник. – Все твои вои рады тебя видеть!
– По здорову и вам, дружи мои! – Изяслав Мстиславич обратился к гарцевавшим всадникам, а затем поприятельски приобнял Бронислава.
Берега Днепра огласились ответными приветственными криками, ржаньем коней и металлическим бряцаньем снаряжения.
После короткого обеда мы с Изяславом Мстиславичем и его дружинниками выехали на учебный полигон.
– Клоч, – обратился я к подполковнику, – будешь в этом учебном бою командовать тремя нашими лучшими батальонами. А дружина князя будет пытаться вас атаковать! Начинаем!
Естественно, все бойцы этих батальонов состояли сплошь из старослужащих, за плечами которых был целый год военной службы. Молодое осеннее пополнение, уже начавшее потихоньку поставляться княжескими рейдовыми отрядами «охотников за головами», вместе с двумя другими батальонами должны были за разворачивающимся учебно-батальным действом наблюдать со стороны. Длинными пятиметровыми пиками, поставляемыми с лесопилок, батальоны теперь были укомплектованы в полной мере.
Клоч, по недавно заведенной привычке, отдал честь и галопом поскакал к казармам.
Не прошло и нескольких минут, как выбегающие из казарм бойцы, повинуясь переливчатой трели свистков своих командиров, стали выходить из ворот и сноровисто выстраиваться в батальонные каре в поле перед стеной земляной крепости.
– А че нам пытаться атаковать, – не сдержавшись, передразнил меня Злыдарь. – Хоть ты нам, княжич, и выдал стрелы без наконечников, но мыслю я, что на белок и такие в самый раз будут! В сей раз мы себя сдерживать не будем! Разбегутся твои смерды по кустам как те белки!
Присутствующие дружно захохотали.
– Помните! – не обратил я внимания на комментарии главного княжеского воеводы, обращаясь к остальным дружинникам. – Атаковать пешие построения только тупыми концами копий!
– Небойсь, княжич! На память пока не жалуемся! Командуй скорее атаку! – раздались ответные возгласы.
Изяслав Мстиславич молчал, не вступая в диалог. Он, как и многие из его менее разговорчивых гридней, пристально всматривался вдаль, изумляясь четкости и быстроте построений лапотников. Разум князя раздваивался. Весь его прошлый опыт говорил, точнее, кричал: «пехоте несдобровать!», но собственные глаза намекали ему об обратном. «Не просты эти лапти, ох как не просты! Такие и под градом стрел могут устоять. И таранной копейной атаки не испугаться, сохраняя строй».
Подобные мысли, рвущие привычные шаблоны, протекали стремительным оползневым потоком не только в голове великого князя. Все большее количество дружинников устремляли свои изумленные, не верящие в реальность происходящего взгляды на батальонные квадраты княжича. Выпестованные по наставлениям княжича войска поражали своей организованностью. Ощетинившиеся длинными копьями, живые, шевелящиеся людские квадраты все разом перешли в движение. От них исходили звуковые разноголосицы: слышался и гулкий бой барабанов, и перезвоны труб, и свистки, и сигналы прапоров (флажков). При всем при этом двигались плотные пехотные построения как единый живой организм – не отставая и не опаздывая ни на шаг, не вываливаясь из строя.
– Отец! – обратил я на себя внимание застывшего как каменное изваяние князя. – Предлагаю тебе не участвовать в конной атаке, а пронаблюдать за ней из крепостной башни. Оттуда весь бой будет хорошо виден как на ладони, с высоты своего коня такого, что будет твориться на земле, никак не разглядеть!
– Хм! – на миг задумался князь над поступившим от сына предложением. – Мы с княжичем полезем на вежу, – обратился он к находящимся подле него сотнику Малытю, – ударите по пешцам после моей отмашки!
– Как повелишь, княже!
Минут через пять мы с Изяславом Мстиславичем и еще несколькими увязавшимися с нами оруженосцами оглядывали учебное поле. НП открывал перед нами всю панораму предстоящего действа. Батальоны медленно, шаг за шагом продолжали наползать на застывшую в отдалении конницу. Я тронул Изяслава Мстиславича за рукав:
– Пора бы и начинать…