Вроде бы что такого? Купи ты своим рабам защитную непромокаемую и сохраняющую тепло одежку. Перчатки. Установи график. Дай им больше отдыха и отдача не заставит себя ждать! Но эти мафиози созданы из другого теста. Для них, люди, что плача работали в реке — просто говорящие обезьяны. Умрут? Ну и что? Заменим. Народу по деревням и весям, как в Империи Поднебесного Дракона, так и здесь — хватает.
Егеря, чьи избушки понатыканы по всему таёжному лесу — прикормлены и имеют свой процент. Бояться им нечего. Точнее, было нечего, до сего дня, стояли настороже узкоглазые, все в татуировках урки, тревожно осматривая подступы к лагерю.
Боятся, скотины! И есть чего.
Весть, что кто-то громит точки старателей, попутно выводя на чистую воду егерей, как пожар распространилась по лесу. Даже подкрепление в десяток, другой человек, что выслали большие боссы — не помогало.
Тут, на моих глазах, один из рабов славянской внешности оступился.
— Ай! Братцы, помогите! Братцы! — Выкрикнул он, поскользнувшись на каменистом дне реки, и захлёбываясь, погрузился в воду с головой.
Китайцы, стоявшие на берегу что-то закричали, но тот так и не всплыл. Слишком быстро было течение. Слишком он устал, рассмеялись они, показывая на то место, где он пропал, пальцем.
— Твари! — Выплюнул я, зло осматривая бандитов на берегу.
Да, за эти месяцы в походе я видел и не такое, но каждый раз для меня словно ножом по сердцу. Ненавижу тех, кто творит такое, ради драных денег. Всей душой ненавижу, начал я отползать, всё ещё находясь под формой «маскировки», накинутой на себя.
Заметить меня было сложно. Следов я не оставлял, шума не подавал. Жизнь заставила научиться, также незаметно, как и появился, убрался я из зоны их внимания, пройдя почти под носом у патрулей и скрытых землянками огневых точек, засыпанных начавшим таять снегом.
— Как, там? — Ждали меня мои люди за пределами лагеря работорговцев. — Есть что нового?
Помню, первые разы, отпуская меня одного на разведку, Жук, чуть все волосы на себе не выдрал, но потом поуспокоился, доказал я ему, что уже не мальчик и рисковать понапрасну не буду. Вырос из детского возраста. Слишком быстро вырос…
Ребята меня хорошо натаскали, показав, как правильно ходить и дышать. С какой стороны подбираться к врагу и на что обращать внимание. Ну а формы, вроде: «маскировки» и «заметания следов» — делали меня незаменимым в разведке. Вычислить можно только с помощью спецприборов, вроде тепловизора, которого понятно у работорговцев не было.
— Стандартный лагерь, — начал я докладывать, показывая на карте места засад и нычек, в которых прячутся часовые. — Здесь, здесь и здесь, — расставил я камешки на бумаге. — У всех автоматы и не меньше чем по две обоймы на брата. Ходят тройками. В самом лагере стоят две палатки, замаскированные ветками и корягами. Ничего интересного.
— Общая численность? — Начали задавать мне уточняющие вопросы мужики, строя планы по быстрому и бескровному для нас захвату стоянки.
Задумавшись на секунду, я ответил:
— Тридцать шесть человек в патрулях. Следят за рабами и наблюдают за округой. Девять сидят в сторожках. Ну и человек пять вечно в палатке. Показываются редко.
— Приближённые и главарь, — кивнул Жук. — Женщины? — Посмотрел он на меня.
— Слышал какие-то писки и смех. Думаю, да, — задумчиво кивнул я.
Работали мы не первый день, так что знали, что главари отрядов старателей не желали себя ограничивать, а потому, только устраиваясь на точке, тут же искали себе развлечений, крали они женщин из затерянных в лесу деревень, что по неосторожности забредали за околицу. За хворостом и по другой нужде.
Егеря же, что знали тут всё как свои пять пальцев, заметали следы, приплачивали им за это сверху. И все довольны. Нет, не зря я уже казнил больше десятка этих тварей и не жалею.
Бывало, конечно, опытные охотники, отцы, братья и мужья похищенных — находили пропажу. Выходили на след. И тогда, всё заканчивалось плачевно… Поняв, с кем они имеют дело, те докладывали куда надо, имела каждая деревня по спутниковому телефону, вот они и запрашивали помощь в ближайшем городе — Сибирске. Только вот там всё тоже было схвачено, после звонка выжигали такие деревни дотла, те же самые работорговцы, что напортачили и раскрыли себя.
Так я и узнал, что стоит за всем этим боярский род Гончаровых, что уже не один десяток лет прикрывает старателей, получая свой кусок пирога. Слуцкие в своё время что-то пронюхали об этом и попытались собрать доказательства, но не получилось, объявили им по надуманному поводу войну Гончаровы, уничтожив под корень. Только Маша и осталась, встала у меня в голове вся мозаика воедино.