— Встретимся Васька, встретимся! — прослезился не строящий иллюзий по поводу будущего Андрей.
— На Родине будешь, как все свои дела сделаешь, съезди в Донков! Про меня расскажи, и поклон мой всем передай! — попросил Василий, на его глаза навернулись слезы.
Васька начал перечислять всех кому нужно поклон передать и слезы полились еще сильней.
— А особенный низкий поклон моей сестренке Ксении! Я прошу прощения у нее за то что…, — Васька не договорил, слезы потекли у него рекой. — Если сможешь, что сделать для нее, помоги Ксенюшке!
Завидев направившуюся к ним Джейн, Андрей наклонился к воде. Из-за прилива, уровень воды в Темзе поднялся так, что он без труда смог с причала зачерпнуть пригоршню воды, а затем вторую. Торопясь, Андрей размазал воду сначала по лицу Васьки, а потом по-своему, для того чтобы смыть следы от слез.
— Андрей! — настороженно посмотрев на лица друзей, спросила Джейн. — Это правда, что вы завтра уходите вслед за Василием на «Барк Рояле»?
— Правда! — заулыбался Андрей, не забыв для убедительности приврать еще. — Они нас будут ждать в Плимуте.
Заиграла отход труба. Поцеловав друга и Джейн, Василий поспешил к трапу. Толпа замахала руками вслед отходящему «Оленю». Некоторое время стоящих у борта Василия и других членов экипажа было видно, но очень скоро они слились с белым облаком парусов уходящего вниз по течению Темзы корабля.
Джейн предложила подвезти Андрея на карете, в которой она сюда приехала, но Андрей, боясь дальнейших расспросов о придуманном им плавании на «Барк Рояле», сославшись на близость гостиницы, отказался.
Вскоре он уже был в гостинице. Вещи его, уместившиеся в небольшом саквояже, с утра стояли приготовленными для переезда в посольство. Алферев должен был прислать за ним посольскую карету. Решив расплатиться с хозяином гостиницы, Андрей спустился вниз. В зале, как всегда в это время никого не было. Только за столиком посредине, на котором стоял кувшин вина с тарелками с хлебом и беконом, сидели двое моряков. Расплатившись с трактирщиком, Андрей хотел подняться к себе наверх, но его остановил голос одного из моряков:
— Джентльмен, не хотите ли выпить с нами за славных моряков «Оленя»!
— Я не пью джентльмены! — ответил Андрей.
Действительно, кроме пива, он ничего спиртного не пил.
— Джентльмен! — не отставал моряк. — Ну, за друга то вашего Василия! Неужели не поднимете кружку?
Задетый за живое упоминанием о друге, Андрей подошел к их столу.
— Откуда ты его знаешь? — спросил он у него.
— Оттуда же, откуда и вас! С верфи! — ответил заросший волосами, широкоплечий моряк.
Андрей не выдержал и взял протянутую кружку.
— До дна пей! До дна! — в один голос подбодрили его моряки.
Очнулся Андрей от сильной головной боли. Сначала юноша не мог понять, где он. Кругом была темнота. По ударам волн о дерево и скрипу якорного каната, Андрей, поразмышляв, сообразил, что он на каком-то судне. Как он сюда попал? Последнее, что он помнил, это то, что расплатился в гостинице с трактирщиком. Вдали, вверху мелькнул огонек. Руки и ноги не слушались, но юноша, собрав волю в кулак, пополз по покрытой соломой деревянной палубе, а потом по ступенькам вверх, к нему. Оказалось, что огонек вспыхивал за узкой полоской дверной щели. Просунув пальцы сквозь щель, Андрей попробовал открыть ее. Его усилия оказались бесполезными, дверь была закрыта снаружи на запор! Андрей прильнул к щели. Сквозь нее были видны такелаж мачты и барабан шпиля. Так и есть. Он находится на борту неизвестного судна. А помещение, в котором он сейчас, по расположению, скорее всего шкиперская. Огонек стал приближаться к нему. Андрей затих. Сквозь щель он увидел, привлеченного шумом его попыток открыть дверь, приближающегося матроса. На поясе у него висел абордажный тесак, и он курил трубку. «Вахтенный! — догадался Андрей. — Вот обнаглел! И курить не боится! — возмутился он». По морским Уставам тех времен, за курение на корабле полагалась смертная казнь. «Попросить его, что ли открыть дверь? — подумал узник, но тотчас отогнал эту мысль. — Его заперли здесь не для того, чтобы он свободно ходил по кораблю! Лучше прикинуться, что он еще не пришел в сознание. Из этого можно извлечь выгоду. Например, внезапно напасть на вахтенного. Но как на него нападешь, если дверь закрыта, а руки и ноги еле двигаются?».
Андрей попытался размять ноги и руки, пересилив головную боль. Через некоторое время конечности стали слушаться его. «Что же вчера все-таки произошло? — не мог понять Андрей. — Может, меня ограбили?». Действительно, кошеля с деньгами на поясе не было. Отсутствовал в карманах и «passe port», выписанный нотариусом. Его обобрали до нитки! Ничего, кроме набора для разведения огня. В нем, в кожаном портмоне в отдельных кармашках лежали кремень, огниво и трут. Грабители не польстились на него. «Я должен был ночевать в посольстве, чтобы утром на судне „Диана“ вместе с посольскими отплыть в Холмогоры! Значит все! — думал Андрей. — Наступит рассвет и прощай Родина! „Диана“ уйдет без него! Жаль, что рядом с ним нет Василия, тот бы обязательно что-нибудь придумал. Есть только набор для разжигания огня. С ним, что-то можно сделать?». На этой мысли у Андрея появилась надежда. «А если поджечь солому, на которой он лежал? Ну и что? Вахтенный объявит пожарную тревогу, огонь потушат, а ему надают тумаков! — размышлял узник. — Но почему ты думаешь, что он объявит тревогу? Если он решит, что возгорание произошло от искры из его трубки, то никого не будет вызывать. Испугается расследования и сурового наказания. Он откроет дверь и попытается потушить огонь своими силами, без свидетелей! Только, что я ему смогу сделать голыми руками? Ничего! Надо найти, что-нибудь тяжелое, чтобы ударить его по голове!».