И я понял, что поступил правильно, когда остальная старшая дружина забегала. Теперь с их стороны наблюдается полная поддержка любого моего начинания. То же поди не против того, чтобы подняться в статусе.
А по весне Фёдор засобирался на родину. Всю зиму он через купцов с кем-то сносился и сейчас выкатил мне сию новость.
Ужасно не хочется с ним расставаться, Фёдор стал мне другом. И дело не только в том, что он натаскивает меня на владение различным оружием, которым сам владел виртуозно. И даже не в том, что с ним надёжно. Если он чуть позади меня, можно за тылы не переживать.
От тверичанина я узнал много о современной жизни сильных мира сего. Это сторона для меня прежде являлась тайной. В нашем Хлынове князьями и не пахло. Были служивые князья, но владетельных я даже издалека не видал.
Кроме того, у нас выстроились доверительные отношения, близкие к дружеским. Естественно, я не рассказал бы о нюансах своего попадания в это время, но, если бы решился – он был бы первым.
- Федя, а может вернёшься потом? Мы с тобой таких дел наворочаем.
У меня было такое ощущение, что с его отъездом что-то изменится в моей жизни. Причём в худшую сторону.
- Не, Ляксей, не могу. Дела. Имение наше родовое разорено и передано другим людям. Батюшку заморили ироды и свели в могилу. Но, слава богу, князь понял, что на наше семейство навели напраслину и велит возвращаться. Наши вороги наконец-то получили по заслугам, теперича моё время наступает. Так-то вот. А может и ты со мной, с тобой мне полегче будет? Сроднились мы вроде как. У меня сестрица Алёнка есть, у тётки проживает. Ох и хороша девка, пятнадцать вёсен ей уже, наливное яблочко - глядишь и породнимся с тобой.
Ну, насчёт породнимся, это мы проходили, нет желания. А вот помочь другу, почему нет. Он же поддержал меня в трудную минуту. И словом, и делом. А долг платежом красен.
- А знаешь, давай. Только придётся немного подождать, мне же надо имение и дела передать на надёжных людей.
Ну, свои торговые дела я веду через Ирину и нескольких проверенных купцов, что торгуют моей «горилкой». Ирина держит дела с папашей и казанцами в своей крепкой руке. Она же присмотрит за имением.
Подумав, я решил оставить на хозяйстве Трифона. Он к этому времени собирается ожениться. Вот и будет с супружницей нежиться, куда ему уезжать от молодухи. С ним оставляю здоровяка Агафона из старшей дружины и десяток воев из младшей. Остальных забираю, включая нас с Фёдором получается двадцать сабель. Чёртова дюжина младших, из старших Ерофей, да Юргас с братцем. Плюс мои ближники и один из наших охотников. Второй остался, у него жинка на сносях, да и кто-то же должен снабжать имение убоиной.
Все вооружены как положено, а вот с лошадьми не всё так прекрасно. Пришлось заводными брать степных лошадок. Даже часть дружины на них села, но других вариантов нет. К весне цена на лошадей подскочила.
Помолясь в церкви, мы, получив благословение батюшки, выехали в дорогу.
Дорогу до Твери, а это более девятисот вёрст, мы преодолели за восемнадцать дней. В день делали в среднем по пятьдесят-шестьдесят вёрст. Это оказалось оптимальным, чтобы не заморить наш четвероногий транспорт. Я бы ещё снизил скорость, но Фёдор торопил, будто его что-то гнало вперёд.
Если степные низкорослики паслись сами, когда мы вставали на ночёвку и с удовольствием щипали свежую зелень, то крупные боевые рысаки нуждались в подкормке овсом.
Пришлось везти с собой запасы еды, крупы и вяленое мясо. Тратить время на непростую весеннюю охоту желания нет. Шуда с напарником балуют нет-нет убоиной, и на том спасибо.
В городках делали остановки на помыться и отоспаться, прикупали необходимое и вперёд.
Столица Тверского княжества лежит на великой реке Итиль (Волга), на слиянии с реками Тверцы и Тьмаки.
Поразил красотой и незыблемой надёжностью Отроч -Успенский монастырь. Мы ехали вдоль берега реки и по ту сторону раскинулись его каменные стены с башенками церквей. Нам не удалось рассмотреть город вблизи, долгий путь закончился в нескольких верстах от его стен.
Это частное подворье имело крепкие стены, такое ощущение, что когда его возводили, думали прежде всего о безопасности, а потом только об эстетике.
Сначала в низкую калитку просочился Фёдор, а через пять минут раздался зычный голос и ворота настежь распахнулись. Немалый широкий двор впустил весь наш отряд и ещё место осталось. Забегали холопы и мои парни с удовольствием спешились.
Чуть погодя меня и Юргаса, как дворян пригласили в терем, остальная дружина будет вечерять отдельно.