Сегодня особый вечер. Мы сидим рядышком за столом. Это наша романтическая встреча. Уже пригубили сладкого вина и перекусили. В комнате тихо, я, пользуясь моментом любуюсь своей женой. Она сейчас расслаблена и больше напоминает ту прежнюю, которая когда-то смеялась от моих шуток.
Я встал и сел рядом с нею. Взял мягкую ладошку и поцеловал. Не удержавшись, притянул её к себе и начал жадно целовать в губы.
Наверное, здесь не принято вообще целоваться, а так как я привык - стопудово, с проникновением и играми язычком. Видимо поэтому девушка отстранилась.
Её голос звучит немного неестественно, как у робота.
- Алексей, мне нужно кое-что тебе сказать.
Я улыбнулся банальности этой фразы. Сейчас она скажет как в бразильском сериале:
- Дон Диего, Педро не твой ребёнок.
- Или, я давно уже не девушка, у меня до тебя было пару десятков парней.
Погасив улыбку, я предложил ей продолжать. Ну что она может мне сказать такого, что меня удивит.
Удивила, ей это удалось. Её короткий рассказ поначалу я воспринял как детские воспоминания, но оконцовка заставила меня в ярости сжать кулаки.
Девушка рассказывала, как когда ей было пятнадцать лет отец взял с собой на охоту. Вернее, охотился он с со страшим братом и свитой. А Анна с кузиной и служанками остались в охотничьем доме в лесу.
А вечером был попойка, ну так всегда происходит у знати.
Когда в её комнату открылась дверь и донёсся запах перегара, девочка подросток подумала, что отец пришёл пожелать спокойной ночи.
Это был не он, другой. Дальнейшее Катерина передала одной фразой, — это был ужас. Девушку изнасиловал вошедший, при этом пару раз сильно ударил, чтобы она не кричала.
- Кто это был? - Мне стоило больших трудов сдержаться.
- Дядя, - Катерина вяла опустила ладони, которые продолжали находиться в моих руках. Я встал и прошёлся к окну.
Прижавшись к замёрзшему стеклу, попытался унять сердцебиение.
Как же так? Ну и сука, теперь у меня появился кровник. И клянусь, я напомню ему об этом происшествии. Теперь понятно его нежелание видеть племянницу. Ну дай мне гнида только время, я доберусь до тебя.
Обернувшись, я обнаружил пустую комнату. Сунувшись в Катину спальню, я наткнулся на закрытую дверь. Посчитав неуместным ломиться к ней, я пошёл к себе.
Уснул под утро, снилась всякая хрень, где мне приходилось с женой убегать от монстров, драться с химерами и прочими мерзостями. Проснулся утром в мокрой рубахе и отвратительным настроением.
Катя на завтрак не вышла, сказалась больной. Даже поездка к моему кораблю не улучшила настроение. Я наорал на рабочих и поругался с мастером. Заодно заставил своих ближников испариться с горизонта, подле меня остались только самые преданные, Пахом и Шуда.
Зато домой вернулся успокоившимся. По дороге призвал логику, это помогло рассмотреть ситуёвину с холодной головой и появились новые вопросы. Их я и решил задать супруге. Ситуацию надо решать сейчас. Главный вопрос, знал ли Владислав II о не совсем полной комплектности дочери? А если да, то, как собирался разводить дипломатический скандал с женихом. Ведь отсутствие девичей чести сразу обнаружат. На этот счёт у современных монархов целая процедура. Никто не хочет воспитывать чужих ублюдков.
Опять та же комната, Катя сидит внешне спокойная, только подрагивающие веки и беспокойные пальцы выдают её состояние.
Бедная девочка, она всё это время ужасно мучалась создавшейся проблемой. А разрешить её невозможно с точки зрения современной морали.
- Катюш, скажи пожалуйста, а батюшка знал про твою проблему? – я попытался поделикатнее выкружить вопрос.
- Знал, он со мной говорил об этом и обвинял тоже только меня.
- Хорошо, допустим, а как вы собирались обмануть Михаила Тверского?
Катя вздрогнула при этих словах, - а у служанки была склянка с бычьей кровью. Они передала бы её перед тем как мы легли в постель. Я должна была вылить кровь незаметно на простыни.
Её голос стал еле слышен.
- А почему же ты не проделала этот фокус со мной. Изобразила бы боль и всё. Вас женщин не надо учить обману, - начал заводиться я.
- Не хочу тебя обманывать. Пыталась с тобой поговорить несколько раз, но не смогла.
- Почему?
- Не знаю.
- Кать, - попытался успокоиться я, - а как ты ко мне на самом деле относишься? Оставь этот случай с дядей. Он мразь и подонок, ты не виновата.
Мне показалось, что Катино бледное лицо порозовело. Она подняла на меня глаза, впервые за сегодняшний день.