― Не положена, конечно, ― беспечно отзывается девица, ― вот только всё равно большинство здесь нанимают искусных швей или привозят с собой под видом служанок.
― А разве можно на отбор со служанками? ― у меня удивлённо округляются глаза.
― Отчего ж нельзя? ― отзывается девица.
― Не знаю, я думала, что невесты едут одни, ― говорю я. ― У нас в обозе никого не было со служанками.
― Без служанок приезжают либо не очень знатные, либо небогатые, ― с ноткой пренебрежения отвечает девица. ― Другие, у кого есть деньги, нанимают служанок тут. Попасть служанкой в терем невест во время отбора ― огромная удача.
Вот как, даже слуги ценят тех, кто может обойти правила. Несправедливо, впрочем, как и сама жизнь.
― Как зовут-то тебя? ― перевожу я разговор с неприятной темы.
― Млада, ― отвечает девица, открывая дверь моей комнаты и пропуская меня вперёд.
Комната до сих пор пуста — ни Миры, ни Маришки. Где же их носит столько времени?
― Знаешь, что, Млада, ― говорю я. ― Может, тогда ты тоже подработаешь у кого-нибудь из участниц. Я не могу заплатить тебе за помощь.
Честно, и избавлюсь от неё сразу.
― Нет, боярыня приказала быть при вас и научиться вашему способу вышивки. Так-то я знаю несколько, а вот так, как вы, не умею, ― признаётся Млада, ненароком выдавая секрет Милорады.
Мои подозрения подтверждаются, но и сделать я ничего не могу. Хотела вышивать лентами, которые сделаю из обрывков ткани, но теперь нужно быть осторожной.
― Млада, тебе нужно отгладить все ткани и разложить по цветам, ― прошу я.
Девица кивает. Беспрекословно вытаскивает ткани из корзины, и я вижу, что это не обрезки и полноценные отрезы. Небольшие, но зато разнообразные по цвету. Как только Млада дотащила такую тяжёлую корзину.
Очень хорошо, что Милорада так позаботилась обо мне. Пожалуй, мне тоже следует научить Младу, как создавать узор из отдельных кусочков тканей. Правда, такая вышивка никак не подходит для князя.
Мне же нужно аккуратно разрезать ткани на узкие ленты. Если не угадать с размером и сделать ленты большей ширины, то при выполнении вышивки будет неудобно протаскивать их в ушко иглы. Широкими лентами я пользуюсь при изготовлении цветов. Когда их нужно сложить или скрутить, и только затем пришить к основе.
Рисунок для вышивки уже тоже сложился, глядя на такие яркие цвета. Сделаю я петуха. Для князя очень символично. Петух ― защитник от нечисти и символ мужской силы.
А вот эти синие, оранжевые и жёлтые отрезы идеально подойдут для лент хвоста.
Нелёгкий мне предстоит вечер.
― Млада, мне нужно отгладить основу для вышивки, ― говорю ей я, отсылая в мастерскую.
Пока она гладит, я нарезаю ленты нужной длины. Она, конечно, заметит, что ткани ушло больше, чем нужно на платок. Надеюсь, что она спишет это на мою бедность, жадность и вороватость.
Пусть лучше доложит, что я украла ткани, чем узнает семейный секрет.
Мне приходится придумывать новые причины для её отлучек, и с каждым разом делать это всё сложнее и сложнее.
― Мою вышивку испортили, так что мне придётся довольствоваться таким способом, ― говорю я ей.
― Ваша вышивка изумительна, никогда такой не видела, ― восхищённо произносит она.
― Сейчас мы с тобой вырежем из ткани голову волка, а потом ты пришьёшь её к основе платка. Это, с одной стороны, очень просто, но с другой — от твоего мастерства зависит, как будет выглядеть рисунок.
Глаза Млады округляются:
― Вы позволите мне вышить за вас?
― Позволю, ― тяжело вздыхаю я, чтобы она не подумала, что такое решение мне легко даётся. ― Я очень устала и хочу спать, ещё и моя подруга куда-то запропастилась.
― Но я не смогу, ― вяло протестует Млада.
― Я тебе покажу, ты же сама сказала, что искусная мастерица.
Я досконально въедливо показываю ей, как нужно пришивать ткани и что делать дальше. Прошу её повторить, и только убедившись, что она всё усвоила правильно, отсылаю выполнять задание.
― Я заберу корзинку? ― спрашивает она