Какое счастье – впереди столько непрочитанного! Хотелось начать прямо тут, усевшись на пол. Тами мгновенно позабыла об всем на свете. Доставала книги с полок, ласково оглаживала обложки, говорила с ними, как с давними друзьями. Наконец слегка скрипнула дверь.
- Лера, не поверишь, нашла стихотворную поэму на половецком! «Легенда о Серкиду». Потрясающий слог. Ее обязательно нужно прочитать ученицам с пояснениями. Или даже сочинение задать. Представь, как они удивятся?
- А вот я удивлен, тебя здесь увидав, красавица, - низкий голос заставил ее вздрогнуть. Она вскинула голову. У стеллажа с книгами, явно перегораживая ей дорогу, стоял воин. Тот самый, что так настырно лез в знакомцы в ее первый день в Миргороде. Сейчас он выглядел гораздо презентабельнее – темно-каштановые короткие волосы обрамляли красиво вылепленное лицо с чудными сине-зелеными глазами, уверенная мужская улыбка играла на губах. И ярко-синяя рубаха на нем чистая, без пыли и пятен. Ладно сидела на широких плечах и оттеняла глаза.
Стоять на коленях можно перед книгами, но никак не перед вальяжным наглецом. Девушка гибким движением поднялась на ноги.
- Ты что здесь делаешь?
- Имя твое пришел узнать. Ты же так и не сказала.
- И не скажу. Нет в том нужды. Уходи, сейчас госпожа Лера вернется.
- И что? Мы же просто разговариваем? - он сделал шаг навстречу, заставив напрячься. Ишь какой высокий! И мощный. Тамирис с трудом заставила себя стоять на месте. Еще она перед солдафонами не пасовала!
- Ты мешаешь. Мы делом заняты. Это княжеская библиотека, если не знал, - добавила высокомерия в голосе. Обычно помогало осадить наглецов, но этот и не думал пасовать.
- Отчего же знаю? Знаю, - властный, уверенный. Ух как бесит!
- А раз знаешь, то и делать тебе тут нечего. Ты, воин, иди, во дворе мечом махай.
- А мне и тут нравится. С тобой, красивая.
- Не подходи.
- Шибко тебе одёжа рысиная подходит. И рубаха ладно сидит, и штаны, как влитые, - мужчина протянул руку и погладил кончиками пальцев черную косу, что лежала перекинутая на грудь. Девушка дернулась и отступила.
- Ты что себе позволяешь?
- Поцеловать тебя хочу, красивая. Раз имени своего не говоришь. А уста твои сахарные манят…
- А если скажу имя – уйдешь?
- Даже не знаю, - протянул воин, греховно сверкая глазами. Мозолистые пальцы мимолетно погладили нежную девичью щеку. Ох, как будоражила приезжая валорка! Давненько такого не было. Азарт бурлил в крови и требовал уложить ее на ближайший стол.
- Не позорь имя того, кому служишь. Ты в его доме хочешь непотребство над гостьей совершить? Имя свое обесчестить?
- «Кому служу»? – непонимающе нахмурился мужчина.
- Ну да! Ты же кто – наверное, десятник в дружине? Каково тебе будет, если все узнают, что в доме князя шастаешь да непотребствами девушек смущаешь?
Мужчина на секунду оторопел, но потом легко рассмеялся. Тами посмотрела на него с недоумением. Ох, точно его по голове много били. Как есть – дурноватый.
- Что смешного? – ощетинилась она.
- Ничего. Вот только нет непотребства в том, на что двое согласны.
- Я – не согласна! А теперь – уходи.
- Ты мне имя обещала.
- Ничего я тебе не обещала, мужлан ты невоспитанный! – начала терять терпение девушка.
- Тогда – не уйду. И пусть возвращается Лера и застает нас вместе. Сама с ней объясняться будешь, - он сделал многозначительное движение бровями.
- Ах ты ..! Тамирис! Меня зовут Тамирис! А теперь – уходи быстро.
- Красивое имя. Как и ты.
- Уходи сейчас же!
Мужчина помедлил мгновение.
- Не могу. Уж больно ты манящая, - сделал неуловимо быстрое движение и, положив ладонь ей на затылок, притянул для поцелуя. Тами успела дернуть головой и твердые мужские губы лишь мазнули по щеке. Вывернулась из захвата, как учили. Вот только и воин оказался не промах, словно знал их приемы. Она отскочила, сверкая разъяренными фиалковыми глазами.
- Ах, ты, пес плешивый! Кусок верблюжьей лепешки! Пошел вон и не смей ко мне приближаться!
Разгневанные слова слетали с ее губ. Но с изумлением понимала, что сдержалась и не применила силу. Как смогла?
На ее сердитые слова наглец лишь раскатисто рассмеялся.
- Твой дерзкий рот еще сам будет просить моих поцелуев.
- Никогда в жизни!
- И вот тогда я заласкаю тебя до изнеможения. Сама пощады просить будешь. А потом намотаю твою косу на кулак… - низкий мужской голос опустился до будоражащего шепота.
- Я отрежу эту косу и придушу тебя ею. Пошел вон, мужлан неотесанный!
Окинув напоследок многообещающим взглядом, воин, посмеиваясь, наконец удалился. Заставив Тамирис устало привалиться к стеллажам. А вот и еще одна сторона личины бедной одинокой девушки. Никто не заступится. Хотя, что значит – никто? У нее есть она сама. И те умения, что дают в чудной школе. Значит надо еще больше, еще старательнее учиться. Чтобы никто не смел лезть к ней с поцелуями и прочими глупостями.