Она ласкала его языком, скользила губами, облизывала как сладкую конфету, теряя голову от его стонов и хрипов, от запаха мужчины, от ощущения стальной твердости и солоноватого вкуса. От того, как он мучительно запрокидывал голову, отдавая всего себя в ее руки. Да она открыла глаза и смотрела на него, на своего мужчину. На его возрастающее удовольствие, которое дарила именно она. Возбуждение хлестало по венам, Тами, не сдержавшись, застонала. Словно почувствовав ее взгляд, он опустил голову и встретился с ней глазами.
В темно-синих очах вспыхнуло бешенное пламя. Боги, он и помыслить не мог, что эти сладкие губы когда-то окажутся на его члене! Она, будущая княгиня, дарила ему такую ласку, что не каждая распутная девка согласится. Еще и получая от этого удовольствие! А сочетание беззащитности вместе с горящими похотью глазами обухом ударило в голову. Он нехотя отстранился и за подмышки поднял ее с колен.
- Хочу тебя сладкая! В тебя хочу! – жарко поцеловал пунцовый рот, который только что подарил ему такое острое наслаждение.
Тами думала, что он уложит ее на спину, но вместо это поставил на колени на лавку, бросив предварительно полотенце, чтобы ей было удобнее. Руками она невольно оперлась о верхнюю лежанку. Сам прижался к ней сзади, торопливо размазывая влагу по промежности.
- Какая ты уже мокренькая! Для меня. Скажи что хочешь! - бормотал он, высекая удовольствие пальцами. Хотя – куда еще, ее уже трясет от предвкушения и ноющей пустоты внутри
- Хочу … - захныкала девушка, не в силах удержать предательски разъезжающиеся ноги. Велеслав нетерпеливо потерся членом о манящую промежность, едва сдерживаясь. В ответ она сильнее прогнулась в пояснице, восхитительно открываясь ему. Беззащитная, доступная, источающая желание. Повернула голову и сделала удивленные глаза:
- А так тоже можно?
Боги, какая же неиспорченная!
- О, милая, знаешь сколько всего «можно» я тебе покажу! А сейчас скажи: чего ты хочешь, Тами? – он нажал на бусинку ее удовольствия так, как ей нравится.
- Тебя-я-я! – не успело затихнуть ее мурлыканье, как он мощным толчком вошел в нее до конца.
- Да! совместный крик-стон. После чего обезумевший от желания, он начал вторгаться в ее тело мощными, резкими толчками, заставляя каждый раз вскрикивать от пронзающего удовольствия. Не сдерживаясь, не жалея ни себя, ни свою девочку. Что довела его до сумасшествия своими сладкими губами. Возможно, излишне крепко сейчас сжимает ее бедро, наверняка синяки останутся, но остановиться или ослабить хватку уже не в силах. И то, как она радостно подается бедрами ему навстречу, охотно насаживается на его длину, как кричит, срывая голос, извивается и вздрагивает точеной спиной – пытка это сладчайшая. Не забыть вовеки! Оглаживает он стан тонкий одной рукой, то играя с полной грудью, а то спускаясь и подстегивая ее удовольствие в сладком местечке, куда врывается все яростнее и яростнее. Упоение раз за разом бьет в голову. Ручейки пота бегут по обнаженной спине, стекая на мощно работающие бедра.
Вид того, как он входит в истекающее соком лоно, как красиво изгибается в его руках валорка, как страстно движется ему навстречу – заставляет жадного зверя внутри скалиться в готовности порвать глотку кому угодно за свою женщину.
- Моя! Моя, слышишь? – хрипит он ей, наматывая темную косу на кулак. И заставляет прогнуться еще сильнее, открывая беззащитную шею.
- Леслаааав! – вскрикивает валорка, сжимая его сладкими лихорадочными спазмами. Он срывается в бешенный темп и догоняет ее, изливаясь протяжным рыком. Острое наслаждение раскаленным клинком пробивает до нутра. А разноцветные брызги перед глазами заставляют падать в небо. Все. Конец. Конец мыслям о том, что до встречи с Тамирис он жил.
Глава 40.
- Волнуешься? – с теплой улыбкой Велеслав поправил меховой воротник ее плаща. Они остановили коней, когда до Миргорода оставалось не более версты, но он уже во всю развертывался перед глазами, горделиво красуясь каменной кладкой городских стен. Его вотчина! Куда ему не терпелось ввести свою ненаглядную в качестве будущей хозяйки.
На свежем осеннем воздухе валорка разрумянилась, как заря нежная. А в дивных фиалковых глазах горело легкое беспокойство. Но в ответ на его вопрос на ярких полных губах появилась улыбка. Которую он обожал ловить губами.
- Немного. Когда уезжала отсюда, не думала, что вернусь, хм-м, в другом статусе.
- Так и я не думал, - рассмеялся князь. Он вообще стал замечать, что смеется последнее время намного чаще.
- Скажи еще, что не мечтал затащить меня в постель? – скептически поднялась изящная бровь.