Глава 50.
- Что значит – ничего не делать? – нахмурилась Тамирис.
- Ты сама читала его письмо. Отец запретил мне что-либо делать. До его решения, -Джанибек помахал листком бумаги, который только что принес почтовый сокол из Алтын-дагаша. Несколько дней молчал каган, переваривая полученные новости. И вот – ответил. Долгожданное письмо с неожиданным содержанием.
- Джаник, я не понимаю. Он что – против моей свадьбы?
- В письме ничего насчет этого не сказано. Но после его запрета я не смогу подписать твой с князем брачный договор. Возможно, отец хочет добавить какие-то пункты помимо моих предложений?
- Я, конечно, понимаю, что мы с ним разругались перед «отъездом». Но его разрешение должно было быть чистой формальностью, - злость подкатила к горлу. Опять отец нагло вмешивается в ее судьбу ради своих интересов! Двигает, как пешку. Хотя она еще в юности доходчиво объясняла, что сделает с любым «шахматистом», который попробует ее двигать. Так нет же – опять! Только и оставалось что откинуться на спинку кресла в кабинете князя, где для обсуждения собрались все заинтересованные стороны.
- Не кипятись, любимая, - Велеслав взял ее ладонь и успокаивающе погладил, - возможно все не так плохо. Прямого запрета на брак нет – уже хорошо.
Как не улыбнуться от такой заботы? И нежного прикосновения.
- Но что-то же нужно делать!
- Для начала – не будем разводить тревоги понапрасну. Понятное дело – новости его огорошили, каган наверняка захочет собрать советников, чтобы просчитать все варианты и выгоды. Я бы на его месте так и поступил. Политика – не война, здесь не делают резких движений. Это скорее – шахматная партия. Твой отец наверняка попытается выжать из происходящего максимум.
- Ну да. Как вы из меня выжимали на переговорах, - криво усмехнулся Джанибек. В душе шевельнулось что-то похожее на сожаление, но он отогнал. В ответ князь смерил его внимательным взглядом. Каганчи упорно молчал при любых расспросах о том, что же произошло между ним и сестрой. Чтобы не поднимать скандала сказал только, что считает помолвку временно приостановленной, хотя сама Смиренка была более категорична. Именно ее Велеслав собирался пытать вопросами, пока не признается. Виданное ли дело!
Но сейчас его гораздо больше интересовало поведение кагана. Нужно было продумать аргументы на его, даже гипотетические, попытки помешать браку. Золота и драгоценностей хочет? – Получит! Полна казна, урожаи хорошие несколько лет кряду. Торговля идет активно, степняки – и те особо не лютуют. А на непомерные аппетиты будущего тестя всегда встречные требования можно выкатить, чтоб не зарывался. Политический брак такого масштаба, как у них с Тамирис – это в первую очередь борьба двух дипломатий. Посмотрим – чья возьмет.
- Так что нам теперь делать? – Птичка нетерпеливо заерзала в кресле.
- Ждем следующего письма. Возможно, там будут более четкие указания. Ну, или зная нашего отца – приказы, - усмехнулся Джанибек.
- Для начала, наверное, стоит подготовить отдельные покои?
- Отец не будет останавливаться в городе. Встанет отдельным лагерем за городом. Для него жить в чужом доме, под чужой крышей – унизительно, - пояснила Тами, - он говорит, что если заходит в город и поселяется в доме правителя, то только как захватчик. И будет считать этот город своим.
- Тут он пускай аппетиты умерит. Разровняем площадку у стен городских – и не более. Наше гостеприимство ничего со сдачей города не имеет, - хмуро произнес Велеслав.
- Раз надо просто ждать – я пойду займусь делом. У меня сейчас урок. Да и Лере помочь не мешает. Драг, ты идешь или будешь изображать вселенскую мудрость? – установившееся перемирие с волхвом перемежалось поддевками друг друга. Но если Драг сдерживался, признавая за валоркой статус будущей княгини, то Тамирис от души отыгрывалась за его поведение, когда была скромным преподавателем.
- Нет. Останусь. А хотя… , - волхв на мгновение задумался, - Пошли. И тебе, Велеслав, не помешает.
- Да я и так собирался. Хоть рядом с невестой об руку пройдусь, пока ее бдительной соглядайки нет.
- Что значить «об руку»? А я на что? Думаешь не провожу сестру? Обойдется она без твоих загребущих рук, - Джанибек встал, закрывая сестру широкой спиной.
- Имей совесть, каганчи! Меня волкодав Надин вместе с матушкой к Тами на полет стрелы не подпускают. Теперь еще и ты!
- Еще и я! Радуйся, что вообще лицо ее видишь. У нас многие женихи и этого лишены.
- Ежели им угодно кота в мешке заполучить – их дело. А у нас принято ухаживать за суженой, за руку брать. Слова ласковые говорить.