Тряхнула Тами рукой, привычно чувствуя, как затягивается порез. Тьма никогда не берет более, чем ты готов ей дать. В этом она мудрее людей.
- Птичка моя, - первым подскочил к ней Леслав. Привычно и собственнически обхватил плечи, - как ты? Пойдешь или понести тебя?
- Это несложное заклятье. Я не устала.
- Пойдем. Мы сейчас костер разожжем, согреешься. Ты же всегда мерзнешь после чародейства.
Надо бы вырваться из его рук, сказать что-то резкое. Чтоб не позволял себе лишнего, не лез с прикосновениями. Но так уютно ощущать сильные ладони на своих плечах, так покойно от их нежной заботы…
Подвел ее князь к остальным и усадил на уже расстеленный плащ. Парни ошарашенно молчали. Другого она и не ожидала. Все, как всегда.
- Ох, и могучая ты чародейка, Тамирис, даже боязно, - первым не выдержал, как всегда, Чеслав.
- Не мешай человеку отдыхать. Подсоби лучше. Никак костер не разожжем. Хворост здесь вконец сырой.
- Давай помогу, - Тамирис простерла руку над ветками и от них повалил пар. Несколько мгновений и все, как на подбор, были мертвенно-сухими.
- Ишь ты, как удобно! Да тебе в хозяйстве цены нет! – первым рассмеялся болтун, разряжая напряженную атмосферу, - к лесорубам надо идти, с такими-то умениями…
- Только к лесорубам и остается. С такими-то умениями меня боятся, и никто даже замуж не берет, - рассмеялась в ответ девушка.
- Ну и дураки, - подал голос Воят, - ежели люб тебе человек, какая разница что умеет или чем владеет? В паре друг за дружку держаться надо, а не за чужое мнение. Люди всегда найдут над чем языки почесать.
Удивленно вскинула она глаза на охотника. Тот посмотрел на нее еще пару секунд и отвел взгляд. Мол сказал, что хотел. Тами растерянно замолчала, почти не вслушиваясь в торопливый говор Чеслава с братом. Кажется, десятник тоже мимолетно участвовал в беседе, но для нее это все было фоном. Смотрела на огонь, глубоко в себя уйдя. Что-то задел в ее душе охотник своими словами. А найдется ли в ее жизни тот, кто держаться за нее будет всем сердцем? И удержит ли? Ее мать, вот, не удержал отец. Не смог.
- Тамирис, - вырвал ее из раздумий голос Тихомила, - как думаешь, может нам сходить и глянуть?
- Э… куда? На что?
- Леслав с Воятом нашим отошли и что-то давно их нет. Не случилось ли чего?
- Что?! – Тамирис вскочила на ноги в предчувствии беды. Ну конечно! Как еще решать вопросы? От издевок и подначек решил, значит, перейти к делу? Кулаки в дело пустить.
- Вот здесь и поговорим.
Встали в тени деревьев мужчины друг напротив друга. Уже не скрывая неприязни. Зло зыркали друг на друга. Оба высокие, хоть пришлый и крупнее был, да только не испытывал охотник перед ним страха.
- Ну, что хотел? - обманчиво расслабленным жестом Воят засунул большие пальцы за ремень кушака. Хоть и знал о ком речь пойдет, а все одно выслушать сначала надо противника. Хоть и хочется, не задумываясь, ему рожу начистить смазливую.
- Хотел, чтоб ты от моей женщины отстал.
- А то я не вижу, что она не твоя.
- Чего?!
- Не жена она тебе и не невеста. А нужна, чтоб красотой самолюбие твое потешить, ведь так?
- Не твоего ума…
- Моего! – рявкнул охотник, - люблю я ее! Увидел и понял – нет мне без нее жизни. И жениться готов хоть сейчас. Ежели на то ее согласие будет. И на руках готов всю жизнь носить.
- Не надорвись. Не по тебе ноша, - хмыкнул князь, едва сдерживая подкатившую к горлу ярость.
- За меня, чужак, не переживай. По мне. А вот ты, можешь так же сказать? Что прямо сейчас пред Богами женой ее возьмешь?
- Да ты знаешь, кто я?
- Плевать я хотел, кто ты. Или ты берешь женщину в жены со всеми ее тяготами, потому что именно она нужна, и никакая другая. Или берешь лишь удовольствие на ложе, а потом ее, как огрызок яблока, отшвыриваешь.
- Не собираюсь я перед тобой душу выворачивать!
- А передо мной и не надо. Перед собой выверни. И подумай, заслужила ли она, такая нежная, за твое удовольствие всю жизнь потом страдать. Чтоб каждый на нее пальцем тыкал, мол порченная девка. Делай с ней что вздумается.
- Ей в твоей глуши все одно – не место.
- Лучше уж со мной, потому как я любить ее буду, оберегать. Все для нее сделаю. В огонь и в воду за ней пойду, если только согласится моей быть. А ты что можешь ей дать? Платья и побрякушки? Ежели только вещи готов ей дарить, без души, значит и к ней, как к вещи относишься. А уж Тамирис точно такого не заслужила.
- Все одно – не лезь.
- Не указ ты мне, что и как делать. Буду за ней ухаживать, добиваться ее. И ежели меня выберет, то и на тебя не посмотрю!
- Да я тебя…
- Ну, попробуй.