- Подсобить? – низкое, будоражащее прозвучало над головой.
- Нет. Мне лишь прикопать кое-что надо. «Ох, отошел бы лучше подальше, одним присутствием своим будоражит». Еле-еле сдерживается чтобы не прильнуть к широкой груди, позволяя прижать себя крепко, как только он может.
В образовавшуюся ямку девушка осторожно положила плоский черный камень, с двумя перекрестьями линий на нем. Прикопала тщательно, забросала травой и хвоей. Да только мало ей этого показалось: выпустила на ладонь черную «птичку», поворковала над ней и та, спрыгнув, исчезла на месте прикопанного камня.
- Объяснишь хоть, что делаешь? – не выдержал князь, когда валорка начала повторять свои действия шагах в пяти. Покосилась на него, но все же ответила.
- Это камни поглощения. Они будут вытягивать тьму, ослабляя противника. Не хочу, чтобы узнал о них раньше времени. Прикрою, будто поисковое заклятие здесь.
- А как ты вообще с ним будешь… ну, сражаться? Или как у вас, у колдунов, это называется?
- Я не колдунья, - поморщилась девушка, - я всего лишь пользуюсь своей силой, договариваюсь с ней. Поэтому у меня ограниченный резерв. Я не отдаю Тьме себя, я прошу ее помощи. А «темные», они выжигают свою личность и заполняют ее Тьмой. Отдают больше и получают больше. Но зачем такая сила если не ты владеешь ею, а она управляет тобой? – отряхнув пальцы от прилипшей земли, девушка поднялась на ноги.
- Хочешь сказать, он сильнее тебя будет?
- Хочу сказать, что у него разнообразнее варианты действий. Атаковать он будет больше и чаще. Поэтому защитный круг для нас я обязательно поставлю. Чуть дальше отсюда. Там мы с тобой и будем находиться.
- А мне что делать? Как тебе подсобить?
- Никак. На этот раз твой меч бессилен, воин. Это наша с ним битва. Темная.
- Не должно так быть чтоб раз за разом я, как пень, рядом стоял. Скажи, что делать и я сделаю, - как же приятно видеть беспокойство в колдовских глазах с поволокой.
- Не геройствуй понапрасну. Не давай врагу лишний козырь в виде своей жизни.
- Беспокоишься за меня? – нахально улыбнулся воин.
- Конечно. Мне ж потом князю объяснять куда его десятник делся.
- Э… Думаю, он тебя поймет. И простит за самоуправство.
- Да мне как-то его мнение… – пожала валорка плечами, - где я и где он. Не пересечемся мы никогда. Может мельком только если.
- Ой, не говори «гоп», - насмешливо блеснули колдовские глаза.
- Не в этом дело. Сама стараюсь держаться подальше от высоко сидящих. Ничего там хорошего нет. Только жажда власти и нетерпимость к мнению, отличному от своего. Мне у любого трона душно будет. Я слишком самостоятельна и не привыкла молчать. Таких не любят. Особенно в стане дворцовых прихлебателей.
- Ты же не знаешь князя. С чего решила, что он твою прямоту не оценит?
Тамирис, до этого сосредоточенно рисовавшая защитный круг на земле, подняла голову и насмешливо сдула прядь, упавшую на лоб.
- Сам-то в это веришь? Когда человек обладает неограниченной властью – у него так же неограниченно раздувается самомнение. Даже если он сам замечает этого. Оттого у властителей не бывает друзей, только подданные. Разной степени верности. Власть – как гора, там можно стоять только в одиночку.
- Хм… А жена?
- Вот тут вообще смешно. Если властитель не особо слушает советников, разве будет слушать жену? Вот скажи, какая роль уготована супруге любого правителя? Правильно – рождение наследников. Кто-то интересуется ее мнением или желаниями? «Рожай, вышивай, молчи». Этих жен выращивают, как племенных кобыл, которые дальше прялки и украшений ничего не видят. В своей примитивной покорности они смиряются с появлением наложниц, успокаивая себя тем, что «это мужская натура и им можно». Разве с такой будут советоваться о войне и политике? Нет, она просто удобна. Как бессловесное устройство для рождения детей, которое при случае можно заменить на более свежее. Вот тут я точно не гожусь. Своего мужчину не делила бы ни с кем.
- Из ревности?
- Из брезгливости. Тебе разве нужна женщина, от которой пахнет другим мужчиной?
- Фу!
- И я о том же.
Велеслав задумался и замолчал, позволив девушке сосредоточится на создании защитного контура. На этот раз она с особым тщанием выводила руны, отслеживала направления и стороны. От малейшей оплошности их жизни могли оборваться с первым же ударом колдуна. Ну уж нет! Не доставит она ему такой радости. Усиливающее заклятие, усиленный контур. Под ее Тьмой вся конструкция слегка ушла в землю, чтобы активироваться в нужный момент.
- Уф, кажется все, - она поднялась на ноги, разминая затекшие плечи. Вокруг окончательно стемнело, только окна домика горели приветливым светом. Там тепло и уютно. Там – дом.